Поэтому, издав последний трубный а ля «депрессивный слон» звук, беру пачку и пытаюсь вгрызться в нее взглядом.
Сегодня уже воскресенье, конец пятого дня нашей вечерней школы, хотя ее совершенно заслуженно можно переименовать в круглосуточную."
"Вопросы. Таблицы. Длинные пласты информации. Все это мы прошли за первых три дня, и я почти хлопала в ладоши, когда Хасский, скрепя сердце, принял у меня экзамен и предложил перейти к практическим разборам. Думала, что будет как в институте — что-то типа задачек на смекалку.
С ними, в отличие от теоретического материала, я всегда неплохо справлялась. Можно сказать, именно благодаря этому закончила институт своими силами и даже с хорошим результатом. А диплом мой слушали целых два часа — уже потом я узнала, что члены комиссии до сих пор вспоминают о моем «шедевральном выступлении».
Но Хасский за пару минут не оставил камня на камне от моей надежды на скорое избавление.
Сейчас, к концу второго дня «практики» я понимаю, что не раздумывая согласилась бы обменять каждый час практики на еще одни сутки теории.
Тогда я хотя бы не чувствовала себя такой никчемной.
— Здесь нужно… — Пытаюсь разобрать задачу о банкротстве банковского филиала, но как только дохожу до первой теории, Хасский предупреждающе сводит брови. Тоже самое он делает и с другим моим планом спасения, который я разрабатываю как «гипотетический руководитель» несчастных банкротов. — Боже, ну почему я такая тупая?!
Откидываюсь на спинку старого дивана и тот моментально «подвывает» мне противным скрипом старых ржавых пружин.
— Иногда нужно действовать не по учебнику, Виктория, — говорит Хасский, терпеливо взирая на меня с высоты своего роста, который настолько впечатляет, что даже сидя он все равно висит надо мной как тень отца Гамлета. — Или просто попытаться увидеть ситуацию не только как она выглядит на первый взгляд.
— Я была бы не против понимать хотя бы так! — Мысль о том, что за этих пять дней я ни на шаг не сдвинулась с мертвой точки очень сильно деморализует. Если так пойдет и дальше, я приеду завтра на работу только для того, чтобы уволиться! — Так, предлагаю сделать перерыв! У меня еще остался поганый кофе и…
— Вика, у моей супруги сегодня День рождения, — со вздохом говорит Хасский.
— Я говорил, что в воскресенье смогу позаниматься с тобой только до полудня и только потому, что она была не против.
— Прекрасная женщина! Передайте ей мои поздравления!
Он уходит быстро и тихо, как будто призрак — только что был, а потом просто исчез.
