Наверное, я могла бы понять всё, даже измену. Не принять, конечно, но хотя бы логически допустить. А тут… Это ведь была не просто интрижка у меня за спиной, а самый настоящий ребёнок, которому было уже почти пять лет. И вот это буквально взрывало мой разум, ведь, как ни крути, выходило, что он стал отцом не сильно позже того, как я потеряла наших… мальчиков.
Почти до самой ночи просидела за рулём, жалея себя и оплакивая в момент рухнувший брак. Но всё это было словно… не по-настоящему, будто весь ужас ситуации никак не мог добраться до моего сознания.
Уже после десяти позвонил Нечаев.
— Привет, ты где?
Откуда-то нашла в себе силы ответить:
— У Ангелины.
Голос звучал ровно, без единой нотки истерики. Я не планировала врать. Мне вообще не хотелось с ним говорить, ибо слишком много всего рвалось наружу. Но мои губы продолжали шевелиться, выталкивая ложь.
— Засиделись… я, наверное, у них ночевать останусь.
— А предупредить?
— Спонтанный девичник.
В трубке повисла тишина, нарушаемая лишь дыханием Нечаева.
— Ты хочешь, чтобы я за тобой приехал?
— Нет, — ответила слишком резко, пришлось выдохнуть и взять себя в руки. — Всё в порядке, правда. Просто давно не виделись.
— Ты к ней на работу каждый день ездишь.
Наверное, на подобных мелочах и сгорают неумелые манипуляторы.
— Так это на работе, — наигранно фыркнула я, — разве там поговоришь? А тут… вино, приятная компания и замечательная возможность перемыть косточки.
— Боюсь спросить кому, — вроде как пошутил муж, кажется, поверив мне.
— Как кому? Конечно же вам с Кешкой.
Илюха крякнул, по-видимому приняв мой ответ. А может быть, просто сделав вид.
— Ладно, развлекайтесь.
Я судорожно закивала головой, забыв, что он не может видеть моей реакции.
— Нин, — хрипловато шепнул в трубку Нечаев, — ты же знаешь, что я тебя люблю?
На глазах моментально выступили горькие слёзы, которые были куда болезненнее всех моих сегодняшних рыданий. Я молчала. Он молчал. Наверное, всё понимал… и ничего не мог сделать.
За эти странные мгновения, которые, казалось, тянулись вечность, я изгрызла губы в кровь.
Наконец из трубки раздалось рваное:
— До завтра.
На этом наш разговор был завершён.
Утерев тыльной стороной ладони слёзы вперемешку с кровью, я набрала Чуганову.
— Надеюсь, ты мне что-то хорошее скажешь, — весело начала подруга.
— Если Илья будет звонить, скажи, что я у вас… сплю. И Кешу предупреди.
— Так, — всё веселье мигом куда-то исчезло, — а ты где?
— У любовника, — зло выдала и сбросила вызов.
