Мы миллион лет с тобой не гуляли.
Я округлила глаза, окончательно перестав понимать происходящее.
— Можно, — до неприличия сухо отозвалась я и тут же спохватилась, тряхнув головой: — Вернее, здорово, это было бы классно.
— Вот и отлично.
На этом с разговорами было покончено. Вечер прошёл тихо, мы разошлись по комнатам, где каждый занимался своими делами.
Утро встречали в одной постели, ещё не зная, чем закончится этот день.
***
На работу ехала с мыслью, что не хочу… Не хочу лезть в чужие тайны.
Мне своих хватало, на фиг мне ещё эти тайны мадридского двора? А вдруг окажется, что я их знаю? Как я потом смогу смотреть в глаза обманутой жене какого-нибудь нечаевского партнёра? И да, ещё существовала врачебная тайна, которой всегда можно было успокоить разбушевавшуюся совесть. Но легче мне от этого не становилось.
Рабочий день начался в размеренном темпе: я прошлась по группам, осуществляя утренний контроль, заприметила пару «сопливчиков», отметив для себя, что не мешало бы их послушать, раздала витаминки, пообщалась с воспитателями… а сама всё время поглядывала на часы, стрелка которых неумолимо приближалась к десяти.
Именно в это время Надежда Семёновна попросила меня быть в её кабинете, хотя зачем это нужно было, я упорно не понимала. Вряд ли они ждали, что я начну проводить отбор в наш сад. Все вопросы были уже давно решены и на куда более высоком уровне.
Я сидела в своём кабинете и перекладывала вещи на столе, опасаясь неведомо чего.
В конце концов, это был не первый в моей жизни ребёнок, к которому требовали «особого» отношения.
Телефон, как обычно, зазвонил внезапно, словно приходя на помощь и вытаскивая из темных мыслей.
— Нина Евгеньевна, — испуганно затараторила Катя — одна из местных воспитательниц, — тут Эйрих плохо.
«Плохо» оказалось приступом рвоты, повышенной температурой и вздутым животом.
— Похоже на отравление, — заключила я, завершив первичный осмотр, — что она ела?
— Ещё ничего, они опоздали на завтрак, я предлагала принести что-нибудь поесть, но Доминика отказалась.
Юная Доминика выглядела испуганной. Я коснулась её лба в успокаивающем жесте — тот оказался влажным.
— Ты кушала что-нибудь дома?
— Да, — кивнула девочка, — немного…
— А что?
— Фрукты… маме на работе подарили целую корзину.
— А какие там фрукты были, не знаешь?
Ребёнок отрицательно замотал головой
— Они были на кусочки порезаны… ну там манго, фейхоа и что-то ещё.
