Про архитектурную согласованность и тем более ландшафтный дизайн в посёлке не слышали, дома и участки были хаотично разбросаны по расположенным здесь холмам, поэтому путь моего таинственного наблюдателя удалось проследить до конечного пункта — покосившейся хаты на самой окраине.
— Чудно, — заключила я и отправилась в дом за покрывалом. В груди слегка саднило. Но вместо сочувствия к себе я испытывала лишь злость — принимать свою слабость не хотелось категорически. Головой я понимала, что всё это временно, что организм обязательно восстановится, просто нужно, чтобы время прошло.
Но внутри меня всё протестовало от такой несправедливости, будто и тело меня тоже предало. Потребность быть сильной и стойкой ощущалась как никогда остро.
Покрывало не совсем аккуратно упало на кучу травы. Бухаться в неё с разбегу я не рискнула.
— Ты теперь стеклянная ваза, — напомнила я себе и аккуратно опустилась на импровизированный лежак.
— Шезлонг, что ли, купить? — предложила самой себе, а потом расхохоталась, представив картину маслом — деревянный туалет, сколоченный ещё в прошлом веке, и какой-нибудь навороченный шезлонг.
— А ведь могла бы.
Лежать было приятно: тёплое солнце, ласковый освежающий ветерок, ну а звукам, наполнявшим окружающий мир, мог бы позавидовать любой сборник релаксационных практик. Но вопреки всему этому я ощущала смутное беспокойство.
— Да пошло оно всё к чёрту! — пробурчала себе под нос, поворачиваясь на бок. В последнее время разговаривать с самой собой входило у меня в привычку. Так и одичать недолго.
Усилием воли заставила мысли свернуть в сторону шезлонга… а вернее, покупок. Пора было определиться с планами на будущее, и чем быстрее, тем лучше. Потому что если я всё же решу зимовать на берегу Байкала, то нужно уже сейчас начинать организовывать свой быт. Но мозг упорно сопротивлялся любым мыслям о будущем, зато с охотой возвращался к мальчику, который так резво удирал от меня. И пусть видела я его только издалека, смутное ощущение узнавания никак не желало покидать меня.
***
На следующий день был назначен патронаж новорождённого.
А поскольку с детьми до года в посёлке была явная напряжёнка, то занять много времени это не должно было — по моим скромным подсчётам.
Яна встретила меня широкой улыбкой, словно видела во мне самого желанного гостя.
— У нас всё хорошо, — заверила она меня. — Но если хочешь проверить — пожалуйста.
Упитанный младенец нашёлся в добротной самодельной кроватке, явно повидавшей не одно поколение бурятских карапузов.
