Здесь же висели грозные предупреждения о комендантском часе, агитационные листки, восхваляющие нерушимый союз коммунистов и беспартийных, призывы от военкомата поступать на службу в Красную армию, ту самую, что «от тайги до британских морей».
«При немцах комендантский час, при наших то же самое, – подумал Алексей. – Хотя все правильно. Впору куда более жесткие меры вводить».
– Не думаю, что на базаре у них выход из подземного лаза, – проговорил Березин и скептически покачал головой. – Теоретически допустимо, но опасно.
Не пойдут они на такое. Тут много народа вертится, патрули днем и ночью ходят, бродячие собаки стаями роются в отходах. Лай поднимут, и все пропало. А вообще эти бандюги изобретательны. Нам бы так! Фантазия у них работает, хоть они и славяне. Я тут уже три месяца. Это ведь целая жизнь. Всякого насмотрелся на выездах. В Задворне в конце апреля гада одного выследили, схрон обложили. Там еще человек семь было. Бункер они оборудовали на краю села, а выход сделали из собачьей будки! Когда мы осматривали, то удивились, почему пса нет? Сдох, что ли? В засаду сели, повязали связного, когда он из будки выползал.
Рисковать бойцами не стали, забросали гранатами, потом трупы из-под земли извлекали. Иногда вход в укрытие маскирует куча мусора, стог сена. В Полеве была устроена идеальная норка под мостиком в овраге. Но самое интересное я видел в Костополе. Несколько дней мы ходили кругами, не могли взять в толк. Вот идет радиосигнал, аппаратура пеленгует его. Ясно, что из-под земли, но где? В округе только два домовладения.
Оба по бревнышкам разобрали! А эти черти знают, что мы здесь, вот и не высовываются. Включил я воображение, подошел к колодцу, который мы обделили вниманием. Обычный короб из бревен, барабан с цепью, ворот. Тут-то мы и заметили, что цепь толстая, и ведро очень уж массивное. Боец сел в него, другой начал ворот крутить. До воды парень не спустился, увидел запертую дверь, услышал какую-то возню за ней. Боец пулей обратно.
Я вниз ультиматум проорал, мол, все равно выкурим, живыми или мертвыми. В общем, сдались бандюги. Выудили мы их по очереди ведром. Все бледные, худые, на ногах стоять не могли. Потом обследовали подземелье. Там столовая, радиоточка, спальня, туалет. У них еще немецкая тушенка оставалась.
На рынке работали несколько лавочек потребительской кооперации, куда стояли очереди за хлебом и еще какими-то продуктами. Торговые ряды под навесами занимали местные жители.
