Они смотрели в одну точку, расположенную где-то на дальней стене.
– Ваше имя? – спросил Алексей.
– Соколовская Елизавета Петровна, – ответила она с задержкой, безжизненным голосом.
– Ваше настоящее имя?
– Волосюк Клавдия Алексеевна. – Девушка вздохнула, глаза отыскали капитана Кравца, сидящего рядом с Березиным.
Она находилась в сознании, полностью понимала, что говорит, но воля ее была сломлена, ей больше не было интереса что-то утаивать или юлить.
– Мне вы говорили, что родом из Макеевки, окончили библиотечный факультет педагогического института, жили в эвакуации на Урале.
Рассказывали про вашего брата, сражавшегося в Красной армии. Повествовали об ужасах путешествия за линию фронта, о немецких бомбежках, о том, как вас спасали партизаны. Полагаю, это не имеет отношения к вашей реальной биографии?
– Это имеет отношение к реальной биографии настоящей Елизаветы Соколовской. – Девушка с трудом разлепляла губы.
– Где вы с ней познакомились?
– На вокзале во Львове. Она ждала поезд, идущий через Тусковец.
Сказала, что будет библиотекарем в средней школе. Меня навели на нее, приказали познакомиться.
– Понимаю, банде нужен был свой человек, отвечающий за эту лазейку. Те негодяи, которые ею воспользовались, принесли немало бед не только в Збровичи. Ладно, о совести и моральных принципах сегодня не будем. Что случилось с Елизаветой Петровной?
– Она погибла. – Глаза девушки остановились. – Тело без документов и с изуродованным лицом погрузили в теплушку, проходящую через сортировочную станцию.
– И миру явилась новая Елизавета Соколовская. Паспорт подделали. В подпольных лабораториях ОУН еще сохранились умельцы. Личное дело уничтожили. Директриса Галина Николаевна приняла вас с распростертыми объятиями, ей крайне требовался библиотекарь. Но вы не знали, что из Сталино пришлют копию личного дела. Впрочем, здесь к ней отнеслись халатно, сунули в общую папку и забыли. Школьных работников у нас почему-то не подозревают, считается, что они все до одного самоотверженные люди.
Мы тоже могли бы не наткнуться на этот документ.
– Откуда вы родом, Клавдия Алексеевна? – спросил Березин.
– Город Мухин под Житомиром. У моего отца был небольшой скобяной заводик.
– О судьбе завода и отца можем не спрашивать, – проговорил Березин. – Что еще из биографии можете сообщить?
– Я действительно училась в педагогическом институте, но не успела его закончить. У меня был жених, которого расстреляли просто так, ни за что.
