Ее зрачки расширены, и она тоже возбуждена. Я уже представляю, как приласкаю свою девочку после.
Это становится роковой ошибкой — сдержать подступающее удовольствие попросту не успеваю — поясницу простреливает вспышкой, и густой сироп удовольствия устремляется по венам.
Жена давится, у нее в глазах шок, но она сглатывает, а остатки спермы стекают по ее лицу, пачкают платье.
Но по херу. Куплю ей новое. А лучше целый ворох.
Или нет. К чертям платья. Будет дома голой ходить.
Кажется, в этот момент я словно дикий неандерталец, желающий утащить свою женщину в пещеру, чтобы там единолично владеть ею!
— Прости, я не предупредил, — с трудом собираю мозги в кучу и выдавливаю из себя объяснения.
Если после этого Аишу отвернет от орального секса, у нас наметится серьезная проблема.
Она явно смущена случившимся. И все еще шокирована.
— Я не умею как правильно, — вздыхает она расстроенно. А я, с одной стороны, млею от того, что она ведь реально хочет сделать все идеально, чтобы мне было приятно.
А с другой — бешусь, понимая, что все это — тараканы, которых в ней воспитали.
Наклоняюсь и, резко подняв ее, усаживаю к себе на колени. Провожу по припухшим губам.
— Ты все сделала идеально, — шепчу, успокаивая ее панику. — Мне было очень хорошо.
— Правда? — она доверчиво распахивает глаза. Влажные от слез, с расширенными зрачками от неуспокоенного возбуждения.
— Правда, конечно, — вкрадчиво шепчу ей на ушко. Провожу по нему языком, затем спускаюсь к шее.
— Мне… Надо… Платье замыть…
Невнятно бормочет, а сама — то вцепляется мне в плечи, выгибается под моими губами, подставляясь под них.
Пробираюсь ей под юбку и натыкаюсь на белье. Все — таки надела.
И я ни на грамм не разочарован. Я уже видел, на что она способна. Это главное. Аиша сделала это для меня. И я оценил. Оценил настолько, что все мои сомнения о том, что мы сойдемся в постели, отпали.
Моя девочка. Моя, от кончиков ногтей и до кончиков волос.
Чуть нажимаю на припухший клитор.
Аиша ойкает, стонет. Она уже забывается в происходящем. Такая отзывчивая и чувственная.
Открытая.
Чистая книга, которую я напишу так, как захочу.
Отодвигаю полоску трусиков, провожу по влажным половым губам. Смазки столько, что можно смело насаживать на член. Который, к слову, опять стоит!
Жена, не понимая сама, что делает, трется об него, распаляя и провоцируя пойти по второму кругу.
— Хочешь? — спрашиваю, готовясь к долгой осаде.
