… Нет, я не побегу на поводу у этого щенка…
… У меня сегодня свадьба, вообще — то!
… Если я приеду, значит, они добились своего!
Судя по интонации, разговор не из приятных. Я догадываюсь, о чем речь — видимо, произошло что — то нехорошее. Могла ли это быть еще одна провокация?
Когда — то я мечтала, что день моей свадьбы станет самым счастливым для меня. Что я запомню его на всю жизнь и буду рассказывать детям, показывать фотографии. Делиться опытом с дочерью.
В итоге же этот день и правда запомнится.
Но вовсе не счастливым предвкушением новой жизни.
И от этого очень горько.
Вскоре Таир возвращается, и по его взгляду я понимаю — муж взбешен. Молча жду, не зная, как успокаивать его в таком состоянии. Мне надо уйти? Или наоборот?
— Выйду, пройдусь, — отрывисто бросает он и направляется к двери.
Меня же разрывают противоречия. С одной стороны — я рада этому. Агрессия меня пугает. С другой — чувствую разочарование.
Он не хочет поделиться со мной тем, что его гложет. Не хочет довериться, отгораживается стеной из вежливости.
— Да, конечно, — говорю ему в спину.
Однако Салманов тормозит, уже открывая дверь. Оборачивается.
— Твои вещи в шкафу. Возможно, их разложили не совсем верно. Но тебе есть во что переодеться. Я скоро вернусь, не думай о плохом. Просто успокоюсь.
Я остаюсь одна, растерянно оглядываюсь. Может, это и хорошо — так у меня будет возможность осмотреться в комнате и как — то привыкнуть к новой обстановке.
В шкафу действительно нахожу свои вещи. Далеко не все — только те, что мама помогла мне упаковать. Сложность в другом — сама я не смогу справиться со шнуровкой платья. Одеваться мне помогала мама. Теперь же я, как ни стараюсь, дотянуться до потайного замка не выходит.
Это не просто злит, но и расстраивает. Представляю, как Таир придет и увидит, что я так и стою в этом несчастном платье. Красивом, да.
Но муж ни разу не сказал мне об этом. Хотя я все же старалась, несмотря на то, что не испытывала того приятного волнения, что в первый раз.
Меня посещает мысль позвонить маме и спросить, как быть. Но я отбрасываю ее, испугавшись сделать еще хуже. Мама любит меня и переживает. Если она захочет вмешаться, то вряд ли моему мужу это понравится.
Устав стоять, я осторожно присаживаюсь на постель. Она большая. Даже огромная.
