Закончив работу над отчетом, Маннергейм выехал из Пекина во Владивосток через Японию, где провел восемь дней, и вернулся по железной дороге в Санкт-Петербург, куда прибыл 25 сентября 1908 года после двух с половиной лет, проведенных в путешествии.
Возвратившись из своей экспедиции, Маннергейм был удостоен аудиенции императора. Он произвел на Николая очень сильное впечатление, и вместо положенных двадцати минут они проговорили больше полутора часов.
Во время начавшейся вскоре Первой мировой войны Маннергейм командовал кавалерийской дивизией.
Воевал он в Галиции и на втором году войны за умелое командование и храбрость был произведен в генерал-майоры.
Он не принял ни Февральскую, ни тем более Октябрьскую революцию и возглавил борьбу Финляндии за независимость.
Эта борьба увенчалась успехом, и 16 мая 1918 года войска Маннергейма победным маршем вошли в Хельсинки — в тогдашний Гельсингфорс.
Этот день на долгое время был объявлен государственным праздником Финляндии — «Белым днем».
Впрочем, позднее, когда, уже будучи президентом Финляндской Республики, Карл Маннергейм понял, что этот праздник по душе не всем слоям населения страны, он отменил его празднование.
В 1931 году Маннергейм возглавил строительство оборонительной линии на Карельском перешейке, впоследствии получившей его имя, и благодаря которой Финляндии удалось выдержать мощный напор Красной армии в советско-финляндской войне 1939–1940 годов.
Маршал Карл Маннергейм был главнокомандующим финской армией в войнах с СССР 1939–1940 и 1941–1944 годов.
В августе 1944 — марте 1946 гг. он являлся президентом Финляндии.
Умер барон Маннергейм в Лозанне в 1951 году»."
"Надежда Николаевна Лебедева всегда была женщиной любопытной. И любопытство ее не напоминало настойчивое желание некоторых особ женского пола выяснить, куда, к примеру, ходит по вечерам сосед с первого этажа и откуда у соседки с пятого взялась вдруг такая дорогая шуба. Как уже говорилось неоднократно, любопытство Надежды имело явственный криминальный уклон — она обожала распутывать всяческие преступления и криминальные случаи, даже когда ее об этом никто не просил.
Кроме этого, Надежда Николаевна с большим уважением относилась к печатному слову, считала, что любая информация, полученная из книг, полезна, и лишние знания никогда не помешают, а возможно, и пригодятся при случае. И убеждалась в своей правоте неоднократно.
