— Да я не…
— Полин, — улыбается она, — иди к нему.
Я бесконечно благодарна этой женщине за ее понимание, за проницательность. На дрожащих ногах иду к дверям, и застаю Назара в холле.
— Привет, — неловко произношу, застывая под его взглядом.
Адамиди молчит. Оставляет вещи на тумбе и медленно шагает ко мне. Я завороженно смотрю ему в глаза, нервно сглатываю, боясь и одновременно мечтая о его приближении."
"— Ты, наверное, голоден, — бормочу первое, что приходит в голову.
Но и на это мужчина продолжает молчать. Меня уже так трясет, что это становится заметным.
Делаю шаг назад, трусливо собираясь сбежать. Просто потому что молчание так сильно пугает, что я готова уйти, так и не поговорив. Но Назар успевает перехватить меня за руку, и пока я соображаю зачем, притягивает меня к себе и целует.
Жадно. Больно отчасти. Но настолько отчаянно, что я как-то даже не сопротивляюсь. Наоборот. В душе расцветает тепло, и я сама тянусь к нему, хватаюсь за плечи, пытаясь удержаться и не расплыться лужицей у его ног.
Прерываемся, жадно дышим, а затем встречаемся взглядами.
И у меня внутри все обрывается. Потому что я понятия не имею, что у бывшего в мыслях. Настолько безумен его взгляд.
— Поля…
Он кладет ладонь мне шею сзади, притягивает к себе и прижимается лбом к моему. Назар так тяжело дышит, будто пробежал не один километр. И честно говоря, я сама в таком же раздрае. Я не знаю, что между нами, не понимаю, как трактовать этот его срыв и… Есть ли у меня надежда вообще хоть на что-то?
— Ты не веришь мне? — отчаянно спрашиваю, закрывая глаза.
— Дело в этом, да? Или в том, что я тебя обманула? — голос срывается, меня колотит от страха.
Когда его ладони ложатся мне на плечи, резко вздрагиваю и распахиваю глаза, боясь увидеть на лице Адамиди свой приговор.
— Я верю тебе, Поль. Верю…
Мне бы обрадоваться, обнять его, поцеловать. Но что-то удерживает. Потому что чувствую — есть какое-то “но”.
— Но?
— Но ты права, ты меня обманула. Солгала, заставив поверить в то, что ты способна на измену.
Вот и все.
Мой приговор прозвучал, и теперь можно смело принимать поражение.
— Это больно, Полиш, — выдыхает он. — Очень.
— П-прости… Я не знаю, почему так сделала. Не помню…
— Знаю, — голос Назар звучит глухо. Он будто сам с собой сражается в этот момент. — Но еще я знаю, что из-за этого мы потеряли до черта времени, — каждое его слово попадает четко в цель, причиняет боль, заставляя рану в сердце ныть. Бывший вынуждает посмотреть ему в глаза, хотя я пытаюсь отвести взгляд.
