— Просто соскучилась. Знаешь, сон плохой приснился.
— Да неужели? — муж явно не верит мне. Но у меня нет права на ошибку.
— Ага.
— А если честно? Поль, я же вижу все по твоим глазам. Я думал… — Назар тяжело вздыхает, разочарованно качает головой и отходит в сторону. — Я надеялся, что со всеми недосказанностями мы покончили вчера и, наконец, поняли друг друга.
Боже, как же мне стыдно в этот момент. Как ужасно стыдно смотреть ему в глаза. Да я и не смотрю. Стою и трясусь от одной только мысли, что из-за меня они с Платошей могут пострадать.
— Мне просто приснился плохой сон. Вот и все.
— И что было в этом сне?
— Ничего особенного, — как можно бодрее отвечаю ему. — Просто какие-то малоприятные личности, что-то мрачное, незнакомые мужчины. Обычный кошмар. Наверное, последствие от лекарств…
— А может, там и фамилия Ржевцев случайно фигурировала? — спрашивает он и резко оборачивается, а я не успеваю отвести взгляд и замираю.
— К-кто?
— Поль, мы вроде в одной команде. А ты опять решаешь играть у меня за спиной, так?
— Нет, я просто хочу защитить…
— Ты снова хочешь все решить сама! — рявкает он и делает шаг ко мне, а я отшатываюсь и впечатываюсь спиной в стену.
— Снова что-то там придумала и решила. Почему? За что ты так со мной? Неужели…
В его взгляде такая боль, такое разочарование, что я сдаюсь. Всхлипываю, уже не сдерживаясь слез. Вцепляюсь в его рубашку и прижимаюсь носом к его груди. Мне очень страшно. Очень-очень.
— Мне звонил Володя, — я говорю тихо, но в тишине, окутавшей нас, кажется, будто кричу.
— Сказал, что узнал на кого я работала, что это очень опасные люди, которые придут за мной. И за Платоном.
— И он, конечно же, пообещал помочь? — едко спрашивает Адамиди.
— Пообещал. Сказал, отправит своих людей. Дал слово, что у него нас не тронут.
— Ты согласилась?
Чувствую как он напрягается в этот момент. Сдерживается, но готов рвануть в любой момент.
— Нет, Зорь. Конечно, я не согласилась. Хотя я до чертиков боюсь этого Ржевцева.
— То есть ты вспомнила?
— Не совсем.
Мне приснилось кое-что. Разговор с каким-то Олегом. Он требовал от меня найти обходные пути для вывода крупной суммы, угрожал каким-то Ржевцевым. Я мало что поняла по сути, но ощущение, что мне было страшно, запомнила.
— И ты решила… — он выразительно смотрит на меня, требуя сознаться вслух.
— Что мне лучше вывести вас из под удара…
Назар долго молчит. Просто смотрит на меня так, что я ощущаю себя настолько никчемной и жалкой.
