— Я."
"А сама понимаю, что даже злости на него нет. Настолько комична вся эта ситуация.
— Что ты тут делаешь, Огонек?
— Я…
Осман подает мне руку и помогает выбраться.
— Шпионишь?
— А есть повод? — конечно, я имею в виду его последний телефонный разговор.
— Ты все слышала?
— Слышала.
Дуюсь. Дурацкая привычка, но я не специально. Вот теперь я точно ревную Османа, который улыбается так, точно насмехается надо мной.
— И успела напридумывать себе много всего ужасного?
— С чего ты взял? — складываю руки на груди.
— У тебя все на лице написано, Огонек. И ты не должна была узнать эту новость раньше времени, но теперь деваться некуда, придется все-таки рассказать прямо сейчас…
Внутри меня все холодеет. Боже, что еще за новость? Вдруг он сейчас скажет, что он и Зара, что они… снова вместе?
— Точнее попросить тебя кое о чем?
Чтобы я убралась из его жизни? С каких пор я стала такой шуганной пессимисткой?
— И о чем же? — переспрашиваю, еле шевеля пересохшими губами.
Осман вдруг подходит к своему столу, открывает ящик шкафа и, подойдя обратно ко мне, встает на одно колено.
— Огонек, я хочу, чтобы ты стала моей женой. Раз и навсегда, хочу состариться вместе с тобой, хочу увидеть внуков, создать большую, дружную семью.
Стою перед ним и как дура хлопаю глазами.
А потом…
— Осман, ты…
— Только не говори, что у тебя другие планы, малыш.
— Другие планы. Нет, Господи, конечно, нет. То есть…
— Все слишком быстро происходит?
— Да, есть такое, но.
— Не пугай меня, Поль. Ты согласна? — В глазах Османа полыхает огонь.
Отражение того огня, что сжигает мое сердце.
Согласна ли я? Он шутит?
— Конечно, согласен, Махдаев. — Закусываю губу и улыбаюсь.
— Иди ко мне, родная.
Бросаюсь в его объятия, чувствуя, что задохнусь от счастья. Какая девочка не мечтает о том, чтобы выйти замуж за любимого?
Да, я не ожидала, что это предложение последует уже сегодня, и когда говорю это вслух, Осман ясно дает понять, что оно итак затянулось надолго.
— Я знал, что для тебя важно, чтобы мы с Зарой были официально разведены.
Этот день настал сегодня утром, поэтому… Я не хотел ждать ни минуты, ни секунды.
Целует меня, надевает колечко с красивым камушком на пальчик, кружа голову этим признанием, этой страстью, что сосредоточена в его темном взгляде.
— Ах, Осман, — отвечаю ему тем же.
Сама не замечаю, как наш поцелуй перетекает в нечто большее.
Подхватывает меня под бедра и усаживает прямо на стол.
— А как же «Мариотт»? — мурлычу я, прижимаясь к Осману всем телом.
