Все ее время и мысли были заняты заботами о Гарриет и хмельнике, другими бытовыми хлопотами. В последний раз по-настоящему счастливой она чувствовала себя в то лето с Гарри.
Счастье – это то, что бывает с детьми.
– Я довольна. Я занята. У меня есть работа, ну и, разумеется, Гарриет. – Пен посмотрела на Гарри. – А ты счастлив?
Гарри рассмеялся, подивившись, как ловко она уклонилась от прямого ответа.
– Я – граф Дэрроу. Я не могу не быть счастливым. – Однако его голос не походил на голос счастливого человека.
Ей так захотелось сделать его счастливым.
«Нет! Счастье Гарри меня не касается».
– Естественно, у меня очень много дел, – продолжил Гарри. – У меня масса обязанностей, часть из них мне еще предстоит научиться исполнять. Но я не могу сказать, что я недоволен. – Он пожал плечами. – Хотя я не прочь вновь стать просто Гарри Грэмом.
Они подошли к лесенке через последнюю каменную изгородь, отделявшую поля от дороги к приюту.
– Обопрись на мою руку, – предложил Гарри.
Пен взглянула на протянутую ладонь и засомневалась.
Ей не нужна ничья помощь. Она привыкла во всем полагаться только на себя.
Однако протянула ему руку.
Безусловно, это было ошибкой. Его крепкое рукопожатие пробудило в памяти целый рой почти забытых воспоминаний. Теплое, уверенное прикосновение широкой ладони и ласковое касание умелых пальцев, влажный шероховатый язык у нее на…
Сокровенное естество Пен снова сладко сжалось. У нее перехватило дыхание.
«Гарри здесь, – промелькнула соблазнительная мысль.
– Это великолепная, и притом уникальная, возможность проверить, есть ли что-то между нами».
– Тебе хорошо, Пен?
Она кивнула, не осмеливаясь произнести ни слова из страха выдать свои чувства. Едва перебравшись через изгородь, она поспешно вырвала руку из его ладони.
Между ними ничего больше нет и быть не может. Да, Гарри здесь, но он приехал сюда не ради нее, а по поручению герцога. Ему не до заигрываний со зрелой двадцатисемилетней женщиной.
Тем не менее Пен прекрасно знала, что заигрывать с женщинами мужчина готов всегда.
Стоп. Не надо обманываться. Теперешний Гарри давно уже не тот юноша, которого она знала. Да и Пен уже не та девушка. Девять лет – почти десять – срок очень большой. Оба они изменились. Сейчас они друг другу совершенно чужие.
Чужие, только дочь у них общая."
"У нее внутри что-то сжалось. О боже! Гарриет… Что теперь с ней будет? Пен думала, что брак с викарием – это выход, но вот как все повернулось.
