У него было столько незаконнорожденных детей, что они даже клички удостоились.
Пен кивнула.
– Уолтерово отродье.
Леди Дэрроу вздрогнула.
Черт возьми, это явно задело ее.
– Да, Уолтерово отродье. И когда твой отец пришел к графу, я подумала, что и он из той же длинной досадной череды.
– Да, но я и Уолтер?
Леди Дэрроу улыбнулась.
– Ты ведь помнишь, что я тебя и знать не знала, разве что в лицо. И не будь я в Лондоне до самого отъезда Гарри в Европу, я не могла бы не обратить внимания, что вы с Гарри не разлей вода в поместье.
Именно так все и было. Теперь Пен начинала вспоминать. Леди Дэрроу оставалась в лондонском доме, потому что Летиция, тяжело переносившая беременность Бьянкой, постоянно нуждалась в помощи.
А Уолтер был не из тех, кто стряхивает пылинки с жены. Он торчал в деревне, с прежним усердием перескакивая из одной постели в другую.
Впрочем, как представлялось Пен, у леди Дэрроу вполне могли быть и иные домыслы на этот счет.
Мать Гарри прикоснулась к чашке, решив выпить чаю."
"– Знаешь, вспоминаю об этом – ведь это слуги мне сказали: мол, твой отец заявлял, что ребенок Уолтера.
Пен молчала. Ее отец именно так и поступил. Решил, видно, к нему будет меньше вопросов, если он заявит, что Пен беременна от известного волокиты – Уолтера. Как и сказала леди Дэрроу, никто бы этому не удивился.
Ясное дело, обвинив будущего графа, отец Пен рассчитывал на солидный куш.
«О черт!»
Ну мог ли отец навредить ей сильнее?
Глава 16
– Признаюсь, я выбросила это из головы, – продолжила леди Дэрроу.
– Это звучит бессердечно? – Она вздохнула. – Возможно, так и есть. У меня появилась новая внучка, которую я могла бы любить, но когда одна и та же боль пронзала мое сердце, я вынуждена была научиться защищать его, иначе оно бы разорвалось.
Леди Дэрроу поставила чашку на столик.
– Пен, в поместье бегает по меньшей мере дюжина моих внуков и внучек, на которых я не могу претендовать и о существовании которых я не догадывалась, пока через год, а то и больше не проявлялась отметина Грэмов.
Еще при жизни Уолтера я о каждых крестинах в приходской церкви думала: не моего ли малыша крестят?
Она провела рукой по лицу.
– Конечно, они никогда не будут моими внуками. Даже после появления отметины, когда всем становилось ясно, что отец – Уолтер, все делали вид, что это дети арендаторов, поскольку граф откупался от беременных любовниц Уолтера.
Лицо ее опечалилось.
– Летицию особенно угнетает, что восемь из этих детей – мальчики.
Пен кивнула.
