Затем перс, поставляющий в дивизию мясо, дал взятку писарю, чтобы посмотреть в формуляр нового офицера для поручений. Писарь – татарин из Касимова – взял десять рублей и показал единоверцу бумаги. Однако потом татарина заела совесть, он пришел к начальнику штаба и покаялся. Тот сообщил Чернозубову, но генерал отмахнулся…
Так прошла неделя. Сотник каждый вечер ходил в один и тот же кабак и там с мрачным видом напивался в одиночестве. И наконец однажды к нему подсел туземец и на приличном русском сказал:
– Я знаю, как вам помочь.
– А? Ты кто? – зло спросил сотник.
– Я знаю, как вам помочь, – повторил незнакомец.
– К черту! Мне уже нельзя помочь. Ах я, пропащая башка…
– А вот и нет, Адриан Евграфович, помочь можно. Вам нужны сорок тысяч.
– Откуда знаешь? – отстранился офицер. – Хотя… понятно. Нет, я сейчас позову патруль, и ты объяснишь там свои слова.
– А вы потом застрелитесь? – ехидно парировал перс.
– Не твое дело!
– Умнее будет выслушать меня и подумать.
Казак осекся, затем осмотрелся.
Вокруг мирно сидели туземцы и пили чай. Других русских, кроме него, в заведении не было.
– Не бойтесь, если ваши пойдут, мне скажут.
– Даже так? Однако!
– Меня зовут Юсуф Халем-бек. Я богат и люблю иногда делать добрые дела. Вот, узнал о вашем несчастье и решил поддержать…
Сотник зарычал:
– За дурака меня держать не надо. Переходи к делу.
– Как угодно. Вы украли из полковой казны десять тысяч туманов. Это ваше жалованье за одиннадцать лет службы.
Правильно мы подсчитали?
– Вы – это кто? – спросил Гнатченко уже без раздражения.
– Патриоты. Вы ведь находитесь в чужой стране, а ведете себя как хозяева. Многим из нас это не нравится.
– А быть турецким шпионом вам нравится?
– Мы с османами одной веры, – с достоинством ответил перс. – И вообще, перестаньте меня задирать. Я ваш единственный шанс вывернуться, ведите себя повежливей.
Сотник долго молчал, гонял по скулам желваки; было видно, что он весь на нервах.
Потом обмяк:
– Я вас слушаю, уважаемый Халем-бек.
– Так-то лучше. Уважаемый Адриан Евграфович… Когда надо отдать сорок тысяч рублей в полк?
– Через два месяца край. Лучше раньше.
– Сколько у вас имеется своих?
– Три тысячи сто восемьдесят рублей. Вот расплачусь за выпивку, останется меньше…
– Значит, надо найти остальные?
– Точно так.
Туземец вынул из кармана толстую пачку русских банкнотов и потряс ими:
– Мы можем договориться прямо сейчас.
