Секретным приказом произведен в подъесаулы и награжден Анной второй степени с мечами. А порочный иностранец Мирзабула сидит в тифлисской военной тюрьме, и его допрашивает контрразведка. Учись у сына, старый гриб.
Сыщик продолжил спорить, но разведчик прикрикнул: делай что тебе говорят! Вот станешь действительным статским советником, тогда будет другой разговор, а пока подчинись.
Их спор прервало сначала появление подпрапорщика-бодиста[136] с пачкой телеграмм, а затем маленького седоволосого генерал-лейтенанта. Их превосходительство вошел в комнату боком.
В глаза сыщику бросились его сальные волосы и грязные манжеты. Более того, от вошедшего пахло давно не мытым телом!
– Виктор Рейнгольдович, вы не один? – прошепелявил он. – Когда можно зайти?
– Я сам зайду, Вячеслав Евстафьевич, через четверть часа.
Генерал удалился. Лыков спросил:
– Что за чучело?
– Тот самый Борисов, который заменяет начальнику штаба Алексееву мозжечок. Я же рассказывал…
– А… Помыться бы ему…
– Пытались – не дается, – улыбнулся барон.
– Но давай заканчивать разговор, а то наш грязнуля очень обидчивый.
У них осталась одна неясность. Через организацию Макаева – Главанакова – Мирзабулы ГУГШ дурило не только турок, но и немцев. Тем очень хотелось знать заранее направление главного удара русской армии в грядущую весенне-летнюю кампанию. Настоящий удар Ставка готовила на Западном фронте, а в качестве дезинформации предлагала Юго-Западный. В таком духе Анисимов и сообщал в Берлин. Однако обстановка изменилась. В минувшем 1915 году, когда русские армии откатились далеко на восток, лишь одна Италия помогла ей тем, что напала на Австро-Венгрию.
Австрийцы перебросили из Галиции на итальянский фронт целых 12 дивизий. Это позволило нашим устоять во время Великого бегства. Теперь пришло время отдавать долги. Все четыре битвы при Изонцо окончились для потомков древних римлян большими потерями. Причем при полном отсутствии результатов. В январе этого года швабы неожиданно сами перешли в атаку. Выходило так, что союзной армии нужно было помогать.
И Ставка действительно перенесла направление главного удара на юг, к Брусилову. Где враги его и ждали, исходя из сведений, полученных от Анисимова.
– Как поступим с Брусиловым? – заострил вопрос Лыков.
– Будем держаться прежней линии, – развеселился барон. – Противник подумает, что это дезинформация. А нам того и надо.
Статский советник уже направлялся к двери, когда генерал-майор сказал ему в спину:
– Ты мне скоро понадобишься. Поедешь в Гагры.
