— Резонно, — согласился Мазур. — Только ведь потом, если что не так, я тебя обязательно пришью…
— Вот расскажи, а там, чем черт не шутит, и выход поищем…
— Отчаянный ты мужик…
— Вот только мужиком обзывать не надо, а? Словечко позорное… — Он покрутил головой. — Что ты не мент, и так ясно. Но и не деловой, выходит, базара откровенно не понимаешь… Хоть и в наколках весь. Ну, колонешься?
— Отчаянный ты экземпляр…
— Потому и гуляю до сих пор на охоте, но без ружей, которые сзади несут…
— Ладно, — кивнул Мазур.
Он рассказывал кратенько и скупо, рисуя происшедшее в самых общих чертах. Себя он представил согласно прежней легенде, только на сей раз объявил не частным сыскарем (кто его знает, этого Креста, какие у него взгляды на частных сыскарей), а майором-парашютистом, украшающим своей персоной Западносибирский военный округ.
— Да уж, интересный у тебя отпуск получился… — хмыкнул Крест.
— Что, не веришь?
— Верю. Серьезно. Про такие охоты мне прежде слышать не доводилось, зато точно знаю один большой городок, где за крутые бабки и по хорошей рекомендации пройдешь зрителем на гладиаторские бои…
— А, это я слышал, — сказал Мазур.
— Каратэ до упора…
— Хрен ты слышал. Я говорю — гладиаторские. На шпагах, на мечах — и все всерьез, никакой «первой крови». После этого и в твою охоту быстрее верится… И потом, если подумать… — протянул он. — сунь сигарету в зубы. Благодарю. И потом, если твою версию принять, она отлично на все твои подвиги ложится, как по мерке шита, все объясняет… Одни прапора немного не укладываются.
— Вот их-то, хочешь верь, хочешь нет, я не убивал, — сказал Мазур. — Это моим горбом счеты свели…
— А хоть бы и ты, — безмятежно сказал Крест. — Что я, из-за вонючих дубаков слезы лить буду? Наоборот, майор… Мои тебе аплодисменты… Убедил. Верю.
— Вот спасибо, — сказал Мазур. — А дальше что?
— Дальше? Дальше… — Крест медлил. Пару раз облизнул губы.
— Интересное у нас совпадение целей. Обоим нужно отсюда смыться совершенно незамеченными. Только мне раньше нужно еще дело сделать… Майор, я так понимаю, ты, пока шел, в крови по самые уши вымазался? И на стену от этого не лезешь, тебе домой очень уж хочется… Если я на вас двоих последние чистые ксивы истрачу, отработаешь?
— То есть?
— Я вам делаю два чистых паспорта. И уходишь со мной по той дорожке, что я придумал.
