— Когда свяжутся ваши особисты с нашими, и наши внесут полную ясность. Если подумать, капитан ни в чем не виноват, выполняет приказ — но до чего ж не хочется терять время на дурацкие разборки… В особенности если ты привык, что надежно защищен чином и положением, и за последние десять идиотских лет статус твой почти не изменился…»
— Ладно, — сказал Мазур. — А назад как прикажете?
— Там будет видно. Если не задержитесь, назад отвезем… — он повернулся к Ольге. — А вы тоже, гражданочка, пройдете, так что не рассаживайтесь…
— Обуться-то хоть можно? — фыркнула она.
"
"— Сделайте одолжение.
— Плот нужно закрепить, — сказал Мазур. — Чтобы не унесло.
— Давайте в темпе.
Мазур быстренько выкинул на берег три конца — нейлоновые тросы с полуметровыми заостренными металлическими штырями — надежно вколотил штыри обухом топорика. Окинул критическим взором. Надежно. Приливов и отливов здесь не бывает, так что не унесет…
Отвернувшись от капитана, он ободряюще подмигнул Ольге, первым спрыгнул на берег и бодро направился к вертолету.
Солдаты оживились. Один бросил:
— Руки за спину. Вы тоже.
— Орлы, — сказал Мазур, выполняя приказ. — А еще говорят, что нынешняя армия распустилась хуже некуда…
На запястьях у него сомкнулось холодное железо. Щелкнули наручники. Сзади удивленно пискнула Ольга — ее тоже заковали.
— Ну, ребятки, что-то вы тут нервные, — сказал Мазур, шагая к вертолету и усиленно пытаясь не рассердиться. — С чего бы это, когда кругом столь умиротворяющая природа?
Его молча подтолкнули к вертолету, и Мазур, пригнув голову, шагнул внутрь.
Без приглашения уселся на железную решетчатую скамейку — и тут же еще двое, сидевшие прежде в кабине, набросили ему на голову глухой черный мешок. Вышло так ловко и моментально, что он опомниться не успел. Рядом ойкнула Ольга.
— Спокойно, — сказал Мазур, коснувшись ее бедром. — Чует мое сердце, ребятам шпиона поймать охота, отпуск, должно быть, обещали…
— Душно же…
— Потерпите, — раздался голос капитана.
— Лететь-то всего ничего. Вот муж у вас человек грамотный, все понимает…
Кто-то из солдат заржал, но одернут не был. Мазур сердито сопел в жарком капюшоне — пожалуй, когда все кончится, пару матерков капитан от него все же огребет… Чтобы не путал служебное рвение с дурацким усердием.
Над головой возник, крепчая, свистящий вой вперемешку с металлическим клекотом. Мазур точно уловил миг, когда машина оторвалась от земли.
