Затем притянул ее лицом вплотную к себе. При этом Пегги почувствовала, как пистолет уперся ей в ребра.
– Эй, я не шучу, так что оставь свои едкие комментарии. Сделаешь все, как я скажу. Сейчас мы оба выйдем, и не вздумай ничего выкинуть, ясно?
Он еще раз рванул ее за волосы. Пегги снова вскрикнула. Казалось, он сейчас вырвет ей клок волос. Пегги осознала, что такой человек, как Нил, не ограничивается лишь угрозами. В случае сопротивления для нее все может окончиться плачевно. Она находилась в заведомо проигрышном положении: у него был пистолет.
Пегги не сомневалась, что он заряжен. И что Нил способен пустить его в ход.
– Ладно, – проговорила она шепотом, – договорились, я выхожу.
Медленно отворила дверцу и ощутила теплое дуновение по лицу. Повеяло ароматом трав и полевых цветов. Рядом цвели кусты боярышника. День обещал быть солнечным, словно в подарок после долгих дождливых недель. За ночь облака расступились, дул слабый ветер.
К глазам внезапно подступили слезы. В такой день вовсе не хотелось умирать.
Да еще от руки какого-то полоумного, где-то на дороге между Лидсом и Скарборо.
«Хелен не хотела, чтобы я подвозила его. Она была права. У нее острее чутье».
Нил сначала перебрался на водительское сиденье, затем вышел вслед за ней. Теперь они стояли между машиной и кустарником. Пегги оглянулась на дорогу, но ничего не разглядела. Она отъехала слишком далеко в поле, и теперь их надежно укрывали заросли боярышника. Если кто-то и проедет мимо, то увидит лишь заднюю часть машины.
Никто и не заподозрит, что здесь кому-то угрожает опасность.
Пегги не успела опомниться, как Нил завел ей руки за спину, и на ее запястьях защелкнулись наручники. Откуда он их взял? Впрочем, раздобыть нечто подобное не составляло труда. Такие принадлежности продавались в любом секс-шопе."
"– Сожалею, – повторил он, хотя в его голосе не было и тени сожаления, – но я не могу допустить, чтобы ты сразу выбежала на обочину, остановила первую же машину и натравила на меня полицию.
Скоротаешь здесь часок-другой. Садись!
– Ты не можешь привязать меня здесь! Меня тут никто не найдет!
– Рано или поздно кто-нибудь сюда заглянет, – он показал на смятые салфетки и пустую банку из-под газировки, валявшиеся в траве. – Люди останавливаются здесь отлить, выпить или потрахаться. Долго скучать не придется.
Пегги смотрела на это иначе. Ей представилось, как она сидит под этим кустом, долгие часы, может быть, целый день или даже ночь.
