Непосредственно у Ист-Бэнк-роуд, узкой проселочной дороги, что тянулась вдоль расширяющегося устья до самого моря. Кругом просторные зеленеющие равнины. Лишь изредка попадались другие дома, и чем дальше от города, тем реже встречались люди. Их коттедж стоял в полном уединении. И никаких соседей вокруг – во всяком случае, никого в пределах видимости. Дом ближайших соседей располагался в трех милях ниже по дороге, и они тоже, как правило, приезжали только на выходные.
В доме было восемь комнат, и в его стоимость входил огромный сад.
Когда они купили его на общие деньги и с энтузиазмом принялись за реставрацию, то мечтали, как будут вместе проводить там выходные и праздники. Овдовевшая Мелисса, двое сыновей с женами и их дети. Все под одной крышей. Маленькие комнаты с низкими потолками наполнятся смехом, детскими голосами, болтовней взрослых. Им представлялись чаепития у камина, прогулки к морю, долгие вечера на веранде. Они предвкушали, как будут вместе наслаждаться закатами, готовить на гриле.
Приглашать друзей.
Просто счастливо жить.
Само собой, все сложилось иначе. На последней стадии ремонта жены сыновей рассорились до такой степени, что не желали видеть друг друга ни в коттедже, ни где-либо еще. А поскольку Мелисса не собиралась принимать чью-либо сторону и заняла нейтральную позицию, то в конечном итоге ни с кем не испортила отношений, однако все заметно охладели к ней. В конце концов все пошло прахом. В какой-то момент они просто перестали приезжать на выходные, а в отпуск предпочитали летать куда-нибудь на юг, вместо того чтобы проводить недели в мягком, но влажном климате северного побережья Англии и дышать сыростью уединенного домика.
Мелисса могла их понять.
Вплоть до весны этого года она каждую пятницу отправлялась на побережье и возвращалась в воскресенье вечером. Делала так просто потому, что у них был дом и кому-то нужно было за ним присматривать. Кроме того, она сама нуждалась в смене обстановки.
Ей нравилась работа в секретариате начальной школы, и в течение дня Мелисса помногу общалась с людьми, особенно с детьми – и детям принадлежало ее сердце. Но дома она оставалась одна, а выходные и вовсе тянулись бесконечно. Ей не хотелось торчать в душной квартире в центре Халла, поэтому она садилась в машину, выезжала к просторам побережья и в течение двух дней усердно трудилась в доме и в саду. По счастью, всегда находилось какое-нибудь занятие.
