Но если продумать все до конца, Стелла: чего он добился бы? Может, рассчитывал, что мы станем чем-то вроде большой, счастливой семьи, или на худой конец близкими друзьями, и это принесет ему какие-то блага… И что дальше? Пойдем мы на такое или нет, зависит только от нас. А мы однозначно не пойдем на это. Сегодняшняя встреча была первой и последней, больше никаких визитов. Мне даже показалось, что Нил и сам это понял. Терри наивна до предела, но этот тип сообразителен. Думаю, он от нас отстанет.
– А если нет?
– Если это примет характер преследования, мы обратимся в полицию.
В крайнем случае решим дело через суд. Но до этого пока не дошло, и я как-то сомневаюсь, что вообще дойдет.
Стелла представила дом, о котором так мечтал Джонас. Ведь муж был на грани эмоционального кризиса, и ему требовались по меньшей мере две недели отдыха – вдали от мирской суеты. Ближайшее селение, Эгтон-Бридж, располагалось посреди пустоши, но и от него нужно было проехать еще десять километров по грунтовой дороге до бывшей фермы, которую купил коллега Джонаса и превратил в свое убежище.
– Там можно сосредоточиться на работе, – рассказывал он Джонасу, – и ничто в мире тебя не отвлечет. Ни телевизора, ни радио, ни телефона. Чтобы поймать сеть, нужно подняться на ближайший холм. Из живых существ вокруг только овцы и птицы, и вряд ли они будут приставать к тебе с болтовней. Там ты в полном уединении. Когда поджимают сроки и мне нужно максимально сосредоточиться, я отправляюсь туда. Если твой врач говорит, что тебе срочно нужна перезагрузка, это идеальное место.
Абсолютная скука!
Джонас рассказывал об этом с восторгом. О визите к доктору Бенту и решении, которое не заставило себя ждать. Стелла не разделяла его эйфорию. Уединенная ферма посреди глуши… В глубине души Стелла уже готова была предложить Джонасу съездить одному, в то время как они с Сэмми остались бы дома, а может, навестили бы родственников, которых давно не видели.
Но теперь все обстояло несколько иначе. Стелла понимала, что Джонас был прав, и все же не могла избавиться от чувства, которое сковывало ее весь вечер – вернее сказать, преследовало ее с того первого звонка.
Предчувствие надвигающейся беды. Она и сама не смогла бы толком выразить или описать это ощущение. Но для нее было ясно одно: сейчас им не следовало разделяться.
– И нам не стоит ехать туда, – сказала она вслух. – В Эгтон-Бридж. Давай подберем другое место.
– Подумаем об этом завтра, – ответил Джонас.
Он давно принял решение.
