Доставил Жору прямо в клуб, где Воровский выпустил всю обойму в голову пожелавшего чужих лавров конкурента. Разлетевшиеся по стенам и полу мозги убрали. Тело закатали в бетон и выбросили в реку. Для Марка Короля, управляющего закрытым мужским клубом, подобные дела были стандартной обыденностью. За это Воровский ценил своего управляющего больше остальных сотрудников.
Увы, смерть Жоры не принесла ему никакого облегчения.
За пять лет Воровскому удалось загнать дикую боль глубоко внутрь, туда, откуда она уже не поднималась, и он продолжал жить дальше.
Время смывало и растворяло горечь. Она рассыпалась по сознанию подобно крупинкам песка. Внешняя мишура – роскошная жизнь, напряженный график и красивые женщины помогали идти вперед, оглядываясь все реже.
…Плеснув третью порцию виски, Воровский, наконец, понял, что произошло. Утренняя претендентка Лиза была блондинкой. А блондинки имели нехорошее свойство вытаскивать мирно спящую боль на поверхность.
Лада имела такой же цвет волос. Теплый и приятный.
В компании «Финансист» было строго запрещено брать на работу женщин со светлыми волосами. Воровский рискнул, потому что поджимали сроки, и вот результат. Старая боль выползла наружу и теперь жгла сердце каленым железом.
Он опрокинул в себя виски и вдруг запустил стаканом в стену.
Тайсон пугливо сжался.
— Прости… — взглянув на собаку, пробормотал Воровский.
Подхватил бутылку и осел на пепельно-сером диване. Он будет пить, пока не отключится. А завтра… завтра будет видно.
Глава 11. Лиза
Мне было так плохо, что я бежала по скользкому асфальту, даже не понимая, куда направляюсь. Внутри все шипело, взрывалось яростью, помешанной на безысходности. Я не знала, кого ненавижу сильнее – Алю за ее безответственность, или Воровского за его шантаж и внешнюю привлекательность.
«А может, снять деньги со счета в банке, и оплатить проклятый долг?» — судорожно сжимая ручку красивой сумочки, размышляла я. На счету уже полгода лежало пять миллионов рублей. Деньги, к которым я поклялась никогда не прикасаться.
«Но ведь желание не касаться денег, оставленных Олегом, больше моя гордыня. Деньги принадлежат мне. Я получила их как компенсацию за свое молчание. А значит, имею право воспользоваться двумя миллионами, чтобы выкупить сестру».
Осмотревшись по сторонам, я приметила такси у тротуара. Заторопилась к машине.
— В центральное отделение сберегательного банка, — попросила водителя.
— Триста рублей, устроит?
— Конечно.
