Власенко, протерев вдруг выступивший на лбу пот, подошел к своим, повторив:
– Мины! Казематы заминированы.
Гончаров покачал головой:
– Ну, никак ты, Влас, без сюрпризов обойтись не можешь, так тебя и тянет к ним!
– Я-то здесь при чем? Скажите спасибо, чурбан, взятый в плен, раскололся!
– Взяли Ахмада?
– Взяли! Иначе кого бы я колол?
– Что ж, спасибо, Петя!
– Опять подкалываешь, командир?
– Нет! На этот раз серьезно, спасибо!
– Кушайте на здоровье!
Комаров вывел чеченца.
Власенко указал на бандита, главного смотрителя этого лагеря рабов:
– Вот он обещал разминировать колодцы!
– Припугнул?
– Не без этого!
– Ну, давайте сюда это чучело!
Ахмада подвели к майору.
Гончаров спросил:
– Ты можешь вскрыть ямы и освободить невольников?
– Могу!
– Освобождай!
– Одна просьба, офицер!
– Ну?
– Не допускайте до меня тех, кто сидит в ямах!
– Чего так? Порвут?
Чеченец вполне серьезно ответил:
– Порвут.
– Хорошо! Разминируй крышки, и тебя отведут в сарай!
Он обернулся к Власенко:
– Влас, освободи абреку руки.
На разминирование колодцев ушло чуть более пятнадцати минут. Минные ловушки представляли собой хитросплетение растяжек различного рода. Дождавшись, пока вернувшийся от опушки и доложивший об уничтожении группы боевиков Зайцев отвел Ахмада в сарай, Гончаров приказал вскрыть казематы.
Вскоре на поверхность подняли девять человек, шестерых мужчин и трех женщин. Невольники сразу не смогли понять, КТО их окружает. Поняв, бросились к спасителям. Одна блондинка обвила шею Власенко, рыдая и высказывая сквозь слезы обрывистые слова благодарности. Влас, обняв женщину, гладил ее шикарные даже немытые долгое время белокурые волосы:
– Ну что ты, что ты! Все позади! Бандитов больше нет.
Вы все свободны и совсем скоро отправитесь домой. Кстати, как тебя зовут?
– Катя!
– И откуда мы родом, Катюша?
– Из Ставрополя!
– Глядишь ты, – солгал прапорщик, – почти земляки, а я с Кубани. Домой вернешься, в гости как-нибудь примешь?
– Ой, конечно, ну о чем вы?
– А муж не заругает?
– Нет! Его убили!
– Извини.
