Дуплет прервал истеричную перепалку главарей:
– Хорош бакланить! А босс? Для того чтобы наказать, он сначала вытащит нас отсюда. А это главное! И не хера суетиться. Выстрелы из санатория вряд ли кто услышал, ветер как раз оттуда дул, я заметил, мент об опасности вряд ли сообщил, иначе гаишники уже прискакали бы сюда. По крайней мере, звук их сирен мы бы услышали. Значит, что? То, что до утра семейки никто не хватится! Поэтому до этого самого утра мы должны как можно дальше уйти отсюда.
На джипе этого уже не сделать, трупы пацанов тоже не бросишь. Как ни крути, а надо связываться с боссом. Хуже все равно уже не будет.
Хмель быстро вылетел из голов бандитов, и теперь они мыслили трезво.
Гетман схватился за голову:
– Эх, бля, представляю, что будет!
И тут же встряхнулся:
– Ладно! Чего стоим? Ангел, садись за руль и двигай к лесу!
Заместитель главаря бандитской группировки, перетащив труп Паука на заднее сиденье, завел джип:
– Хорошо еще, что этот мусор не влепил пару пуль в движок.
"
"И повел джип сквозь пелену дождя по лугу, напряженно всматриваясь вперед, чтобы не врезаться в сосны близкого леса, окружавшего санаторий и близлежащую деревню. Он вовремя остановил внедорожник в каком-то полуметре от толстого ствола дерева. От резкого торможения всех бросило вперед. Трупы Паука и Клыка придавили Дуплета. Тот выругался.
– Вот, блядь.
Как были живыми, ничего, а сейчас мерзость. Противно!
Гетман, не обращая внимания на реплику подчиненного, достал сотовый телефон, скрывая его от Ангела и Дуплета, набрал знакомый номер, который после разговора обязан был сразу же стереть из памяти мобилы. Абонент долго не отвечал, хотя главарь банды отчетливо слышал длинные гудки. Сигнал проходил, вот только Хозяин не торопился ответить. Может, как раз занимался любовью с какой-нибудь красоткой? Тогда облом только усилит его гнев.
Если не хуже. Пальцы бандита непроизвольно дрожали. Сейчас он испытывал почти животный страх. И не оттого, что зверски убил ребенка, за что мог понести немедленное наказание. О девочке он уже забыл. Убийца испытывал страх перед предстоящим разговором с человеком, который сам легко мог приговорить его, Гетмана, к смерти. И этот приговор был бы исполнен. От него не уйти.
