Опомнись, Амина! Ещё не поздно все исправить, — заявляет вдруг.
Неужели Марат готов восстановить брак после того, как я его опозорила? Измену у нас не прощают.…
Передергиваю плечами. Я не вернусь в клетку. У меня теперь есть своя настоящая семья.
— Я беременна от него, — сжимаю тест в руке. Странное ощущение. Горько-сладкое. Боль смешивается с радостью. — Ты слышишь, мам? Беременна! Столько лет у меня ничего не получалось, а с ним.… - перевожу сбившееся дыхание, улыбаюсь своему отражению. — Я наконец-то смогу подарить вам внука или внучку.
Вы же с папой так ждали.
Есть вещи важнее ссоры! Родная кровь. Продолжение семьи, связь поколений. Главные ценности, которые вкладывали в меня родители...
— Какая же ты дрянь, — летит в меня хлестко, как пощечина. Мамин голос пропитан ненавистью и разочарованием. — Не звони сюда больше.
Связь обрывается, а вместе с ней и моё сердце. Чувствую себя так, будто получила удар под дых. Ребра вдребезги, сломанными костями внутрь. Приложив руку к груди, я лихорадочно хватаю пересохшими губами воздух, но легкие сковывает параличом.
Внутри зияет дыра.
Распахиваю рот — и не могу сделать вдох, словно невидимая рука легла на горло и сильно сжимает, душит, ломает шейные позвонки. Так больно, что кружится голова. Слезы высыхают на щеках, оставляя разъедающую кожу соль.
Последняя частичка прежней Амины окончательно погибает. Обрывается тонкая ниточка, связывающая меня с прошлым.
Родная мама отреклась от меня.
У меня никого нет, кроме Германа.…
Ставлю эту истину на повтор.
Прокручиваю в голове, пока слетаю по ступенькам вниз и сажусь к нему в машину. Кислорода по-прежнему не хватает — и я ищу хотя бы маленький глоток в поцелуе. Утоляю жажду. Исцеляю жгучую боль в теплых мужских прикосновениях. Прячусь от одиночества в уютных объятиях.
— Всё нормально, Амина? — хмурится Герман, слегка отстраняя меня и беспокойно всматриваясь в мое лицо."
"— Теперь да, — лепечу, рисуя на губах улыбку. — А у тебя? — киваю на телефон, который он нервно крутит в руке.
— Хм, да….
Неизвестный номер названивает, — убирает трубку. — Не бери в голову. Поехали? — целует меня в щеку, ещё раз окидывает настороженным взглядом и, получив одобрительный кивок, заводит двигатель.
В теплом салоне автомобиля, рядом с любимым мужчиной, слушая его бархатный голос и вдыхая запах знакомого одеколона, я быстро успокаиваюсь. Тревоги остаются позади, пока мы мчимся по трассе на полной скорости, опаздывая на работу. Из-за меня, но Демин и слова плохого не сказал.
