– Какой? – переспросил он сипло
Чёрные глаза странно мерцали, и мне показалось, он взволнован.
– Серьёзный, собранный, – я старалась удержать взгляд на его лице, чтобы не показать, насколько смутилась от собственных слов.
Хорошо, что уже достаточно темно, и не видно выступившего на щёки румянца. Но, в конце концов, я не сказала ничего особенного.
– Не могу обещать, что всегда буду таким, – отведя взгляд, он отступил от меня. – Вытаскивай болас, принцесса. Потренируемся, пока совсем не стемнело, – в его голос вернулись ворчливые нотки, и я мельком улыбнулась.
Мне действительно нравилось, когда он такой.
***
Следующее утро порадовало порывистым ветром и серой пеленой туч. Весна в Эрфолке всегда своенравна. Но из замка капризы природы воспринимаются легче. Так что, быстро одеваясь после сна, я ворчала не хуже старой бабки, а может, и более экспрессивно. Стоило привести себя в порядок, как Рикард вновь увёл меня тренироваться. Хотел, чтобы я скорее освоилась с новым оружием. Впрочем, пока работа с боласом давалась легко.
Правда, и воспринимать его серьёзным оружием не выходило.
– Ты делаешь успехи, – весело подмигнул мне Рикард, ловко присев, чтобы избежать удара металлическим шаром по голове. – Я отличный учитель!
Его настроение отличалось от погоды. Наш проводник был жизнерадостен и излучал энергию. Муки совести по поводу совершённого вчера убийства его явно не тревожили. Скорее всего. переживала только я. Но как он сам сказал, пора взрослеть. Наш мир вступает в пору войны.
Слишком многое зависит от принятых нами решений. Моих решений. А сомнений всё больше. Мне бы хоть половину самоуверенности Рикарда…
– Либо я способная ученица, – ответила в тон ему.
Уверенность в себе можно и сыграть. Тем более, тренировки действительно проходят просто. Отец говорил, что меткость лишь следствие дара богини. Мне доступно идеально рассчитывать траектории. Дома я даже игралась с шариком из дерева тамарри. Он так хорошо пружинил от стен и потолков. Мог скакать очень долго, если его правильно запустить.
Вот и болас легко поддавался управлению. Правда, ещё нужно было осваивать и приёмы для усиления удара. Но здесь помогал Рикард.
– Ещё и скромная, – рассмеялся он. – Но всё можно простить за красоту. Ты очень красивая девушка, Эрика, – Рикард снова мне подмигнул, а я всё же смущённо отвернулась.
Не привыкла слышать комплименты. Да и не считала себя красавицей. Вот мама прекрасна. Даже нечёсаной рано утром.
