Веки его впали от измождения, на лице отпечаталось выражение скорби и тоски.
– Что с тобой? – я поддержала его под локоть, боясь, что он упадёт.
– Не думай обо мне. Снимай скорее одежду. Ты вся дрожишь.
В этот момент стало чуть теплее. Как ни глупо, от смущения, ведь придётся раздеться при нём. Но вслух я естественно ничего не сказала. Отошла от него, повернулась спиной и начала стягивать с себя тунику. Соблюдение приличий бессмысленно, когда на кону жизнь. Я не собираюсь умирать от переохлаждения из-за того, что стесняюсь раздеться при мужчине.
– Я не буду смотреть, – раздался из-за спины слабый голос Селвина.
Он тоже повернулся ко мне спиной и начал расстёгивать рубашку. Двигался так медленно, что мелькала мысль предложить ему помощь. Казалось, он в любой момент упадёт.
Я быстро избавилась от сапог и брюк, стащила штанишки. Не решилась только снять нижнюю рубашку. Ткань тонкая, быстро высохнет у костра.
Селвин стоял, немного пошатываясь. Синие глаза смотрели в никуда. Вода стекала по выбившимся из хвоста светлым волосам на опущенные под грузом горя плечи.
– Что с тобой? – пожевав губы в сомнениях, я подошла к нему, взяла за руку и подвела его ближе к костру.
Драгон успел лишь расстегнуть рубашку. Его грудь испещряли зажившие ожоги, которые будто поочерёдно наносились калёным железом. Сквозь влажную ткань просматривался чёрный узор, словно паук впивающийся в сердце рваными письменами.
– Много магии ушло, – тускло улыбнулся он, обратив ко мне затуманенный взгляд синих глаз.
– Я смог смягчить наше падение с моста, нагнал Кору, только не сумел её вытащить.
– Она спасла нас, – глаза снова защипало от слёз.
– В этом вся она, – по лицу Селвина пробежала болезненная судорога. – Её больше нет. А без неё погибну и я.
– Почему? – его заявление ввергло в шок.
– Кора поддерживала мой резерв. Напитывала меня магией. А я потратил слишком много.
– Но… но ведь можно что-то придумать? Рикард! Он же тоже немного владеет магией…
– Не подойдёт, – Селвин отвернулся.
Он неспешно сбросил рубашку с плеч, опустил руки к поясу брюк, и я резко развернулась к нему спиной. Мысли метались, словно пчёлы растревоженного улья. Паника соперничала с безысходностью. Сначала Кора, теперь и Селвин. И нет уверенности в том, что остальные живы. Я останусь одна. Совершенно одна.
– Неужели нет выхода?! – бросила я отчаянно перед собой.
Селвин молчал. Слышался шелест снимаемой одежды. И я уже не рассчитывала, что он ответит.
