– Прекрати… – начала я, но Женька, выхватив у меня фонарь, направила его луч в темноту, и я на мгновение увидела две темные тени, они мелькнули и исчезли за деревьями, только тени вовсе не были бесплотны, я отчетливо слышала шаги.
И тут мы с Женькой заорали. А потом бросились бежать, крик наш постепенно перешел в повизгивание, а мы наконец-то ворвались в деревню. К чести участкового, спал он чутко. Когда мы подлетели к его дому, он стоял на крыльце одетый и вглядывался в темноту ночи.
– Василий Иванович, – задыхаясь от счастья, крикнула Женька, – мы труп нашли.
Безголовый. Идемте скорее, в лесу кто-то есть, боимся, как бы труп в болоте не утопили.
Василий Иванович лишних вопросов задавать не стал, бросился в огород и вскоре вернулся с собакой, довольно крупной для дворняжки. Я порадовалась его сообразительности, собака не помешает.
Мы ходко заспешили к лесу, по дороге растолковав, откуда узнали про труп, как нашли его, а главное, про подозрительные тени, мелькнувшие в луче фонаря."
"– На болото труп вряд ли потащут, – поделился своими соображениями участковый.
– К реке ближе… – Честно говоря, я вздохнула с облегчением, слова эти свидетельствовали о том, что Василий Иванович нам верит, а я, признаться, сама себе верила с трудом.
Мы достигли леса и сразу пошли медленнее, чем ближе подходили к двойной березе, тем беспокойнее мне становилось. Собака глухо зарычала, участковый расстегнул кобуру и достал оружие, а Женька схватила палку, отчаянно выстукивая зубами дробь.
Я подумала и тоже взяла палку покрепче, благо, что недостатка в них не было.
Вот кусты, яма… совершенно пустая, что меня не удивило.
– Ну-ка, посвети мне, Анфиса, – попросил Василий Иванович, присел и стал изучать траву под ногами. – Волоком тащили, труп, он ведь тяжелый, особливо если затвердеть успел. Дружок, давай, не подведи… нюхай.
Если честно, в Дружка я не очень верила, не похоже, чтобы пес заслужил благодарность уголовного розыска. Одно хорошо – несмотря на отсутствие трупа, Василий Иванович не сомневается, что он был.
Тут я подумала, что милицию наш рассказ вряд ли убедит, даже если участковый с нами согласится. Им либо подавай улики, либо… Додумать я не успела, Дружок заспешил в направлении реки, и мы бросились за ним. Время от времени Василий Иванович останавливался и обследовал землю. След на траве был отчетливо заметен, но это ночью, а утром, когда роса высохнет, трава поднимется… «Ни черта мы не докажем», – в сердцах решила я.
