– Гордей, зачем ты здесь? С Алиской все хорошо?
- Да, - невольно улыбаюсь, оценив ее заботу о, казалось бы, чужой дочери. Все-таки Вика особенная. – Я хотел бы пригласить тебя на свидание, - выпаливаю на одном выдохе.
Игнорирую зудящее ощущение, что я выгляжу сейчас полным идиотом. Под сраку лет, а поведение студента. Плевать. Перед любимой женщиной не стыдно.
- Какое свидание? – роняет ручку на документы, а я перехватываю ее ладонь. - Куда?
- А куда бы ты хотела? – бережно сжимаю прохладную кисть, сплетая наши пальцы.
- Давай поужинаем в ресторане. Какую кухню ты предпочитаешь?
- Ты шутишь? Что за ребячество, Одинцов, – строго отчитывает меня, укоризненно качая головой. – Нам есть чем заняться, помимо этих глупостей. Меня дома ждут мои двойняшки, тебя – Алиска…
- Наши, - перебиваю ее. – Это наши дети, Вика.
- Гордей, - мягко зовет и улыбается так лучезарно, что невольно повторяю за ней и тоже вздергиваю уголки губ. – Я не знаю…
- Отказ не принимается, - поднимаю ее руку, притягиваю к себе и целую в запястье.
Ощущаю, как раскрывается ладонь и ложится мне на щеку. Прижимаю крепче к себе, словно обнимая. - Я хочу провести этот вечер с тобой. Мне о многом хотелось бы тебе рассказать.
Застывает, как изящная фарфоровая статуэтка, смотрит на меня неотрывно, размышляет. Импульсивно поглаживает подушечками пальцев мою скулу, пока я продолжаю держать ее тонкую кисть у своего лица.
С Викой тепло, уютно и спокойно. Всегда так было, с первой встречи, а я не ценил. Точнее, не позволял себе принимать ее.
Не хотел жить, чувствовать, бороться, за что и поплатился.
– Что ж… - выдыхает она после паузы, которая кажется мне бесконечной. Внимаю каждому ее слову, подсознательно приготовившись к отказу. – Давай попробуем, - сипло произносит, а я не верю в то, что слышу. - Рус и Виола могут остаться под присмотром моего папы, а Алиса…
- Я позвоню Наталье Петровне, - молниеносно нахожу решение, лишь бы Вика не передумала. – У нее выходной, но я попробую уговорить ее забрать малышку из детсада.
- Не надо. Думаю, отец посидит и с ней тоже, - предлагает, хитро прищурившись и закусив губу. - В конце концов, нашим детям нужно привыкать друг к другу.
- Как скажешь. Надеюсь, Егор Натанович меня не проклянет, - хмыкаю немного нервно. Утром мы пересеклись в коридоре, возле Викиной комнаты, но он хмуро промолчал. Самое страшное, что я абсолютно понимаю его, разделяю отцовские чувства. Богданов не доверяет мне дочь и имеет на это полное право.
