Так вот, он был влюблен в Кристину, а та, похоже, совсем никаких чувств к нему не испытывала. У девушки не имелось постоянных средств к существованию, но особой она была работящей и никаких трудов не чуралась, а потому за миску бобов с куском хлеба да за возможность не ночевать под открытым небом готова была отправиться куда угодно. Но особую радость она испытывала, когда удавалось сыскать работу поближе к дому отца Анжело.
В деревне не было собственного врача, поэтому, обнаружив умирающего Аларио, за врачом в Скали соседи отправили Кристину.
Случилось это изрядно пополудни, потому что старый скряга отказывался от помощи до тех пор, пока не потерял речь. Кристина отправилась в путь, но состояние больного резко ухудшилось, и к одру призвали священника. Тот прочитал отходную молитву, а потом заявил, что, по его мнению, старик помер. И ушел из дома.
Вы же знаете этих людей. Страх смерти у них в крови. Пока священник читал свою молитву, комната была полна народу. Едва последние слова слетели с его губ, там уже никого не было.
Да и опять же, ночь уже наступила. Так что скоро и все шаги стихли во тьме улицы.
Анжело, как я уже говорил, тогда отсутствовал; Кристина еще не вернулась; служанка, что ухаживала за больным хозяином, была женщина простая, а потому ушла вместе с остальными. И потому у тела никого не было. Оно осталось лежать, освещаемое неверным светом мерцающей масляной лампы.
Однако не прошло и пяти минут, как в комнату заглянули двое и, помешкав, опасливо подошли к кровати.
То были упомянутый прежде одноглазый неаполитанец и его товарищ-сицилиец. Они знали, что им нужно. В одно мгновение разбойники вытянули из-под кровати окованный железом сундук – небольшой, но тяжелый. И задолго до того, как кто-либо решился зайти к мертвецу в комнату, растворились во тьме, не только убравшись из дома, но покинув немедленно и деревню. Сделать это было нетрудно, поскольку дом Аларио стоял на отшибе, рядом с ущельем. По ущелью проходила тропинка, что вела вниз к берегу, и ею редко кто пользовался.
Поэтому воры просто вышли через заднюю дверь и перебрались через окружавшую двор каменную стену. Они почти не рисковали – едва ли в такую пору на тропе мог оказаться запоздалый поселянин. Никого там и не было. Так что все прошло без происшествий. Кроме сундука, они несли кирку и лопату.
Понятно, рассказывая историю, я только строю предположения – ведь свидетелей-то не было, но думаю, что происходило все именно таким образом.
