XVIЯ была совершенно уверена, что мои ученики по возвращении сыграют сценку, но пришлось с огорчением отметить, что о моем отсутствии они не упомянули. Вместо того, чтобы весело упрекнуть и приласкать меня, они и словом не обмолвились насчет причиненного им ущерба и на время оставили меня в покое, дав возможность изучить странное выражение на лице Гроуз, которая тоже ничего не сказала. Я пришла к выводу, что дети чем-то подкупили ее, вынудив молчать; молчание это я собиралась взломать, как только мы окажемся с ней наедине.
Случай представился незадолго до вечернего чаепития: улучив пять минут, я застала экономку в ее комнате, опрятно убранной и нарядной, где пахло свежеиспеченным хлебом; она сидела в полумраке у камина, с виду спокойная, но невеселая. Я и сейчас вижу ее такой – вижу самый лучший из ее образов: сидя на стуле с прямой спинкой, она смотрит в огонь посреди сумеречной, чистенькой комнаты, в «замкнутом» состоянии – ящики закрыты, заперты на ключ, а отдых не приносит отрады.
– О да, они попросили меня ничего не говорить; и чтобы сделать им приятное, пока мы были там, я, конечно, пообещала. Но что же с вами случилось?
– Я хотела только прогуляться вместе с вами, а потом вернуться, – сказала я. – Нужно было встретиться с друзьями.
– У вас здесь есть друзья? – удивилась она.
– О да, есть парочка! – засмеялась я. – Но дети как-то объяснили свою просьбу?
– Не упоминать о том, что вы нас оставили? Да, они сказали, что вам так будет лучше. Вам стало лучше?
– Нет, мне стало хуже! – Взглянув на меня, Гроуз приуныла, но я продолжала: – А почему мне так будет лучше, сказали?
– Нет.
Мастер Майлс сказал только: «Мы должны делать только то, что ей нравится!»
– Жаль, что на деле это не так. А что сказала Флора?
– Мисс Флора так добра. «Конечно, конечно!» Ну и я сказала то же самое.
– Вы все так добры… – ответила я, подумав. – Прямо так и слышу ваши голоса. Но тем не менее между Майлсом и мной все теперь кончено.
– Кончено? – моя соратница округлила глаза.
– Но что, мисс?
– Все вообще. Это неважно. Но я приняла решение. Я вернулась домой, моя дорогая, чтобы побеседовать с мисс Джессель.
К этому времени у меня сложилась привычка держать Гроуз в руках в прямом смысле слова, прежде чем затрагивать эту тему; и сейчас мне удалось поддержать ее – она только моргнула, храбро приняв услышанное.
– Побеседовать! Значит, она заговорила?
– По сути, да. Я нашла ее в классной комнате.
