Тревожилась. Думала, что она придет с минуты на минуту.
– Вы знаете, почему они приехала сюда из Солт-Лейк-Сити?
– Конечно.
– Почему?
– Вы и так в курсе. Почему я должна вам это говорить?
– Я хочу знать, сказала ли она вам то же самое, что и мне.
– Раз вы – ее адвокат, то должны знать.
– Я знаю, что должен, – мрачно ответил Мейсон. – Почему она приехала?
– Насчет своей дочери и женитьбы.
– Вы это знаете?
– Да, разумеется.
– И как давно вам все это известно?
– Достаточно давно.
– Джулия Браннер рассказала вам, что была женой Оскара Браунли?
– Да, конечно.
– Женщина чуть оживилась. – Видите ли, три года тому назад мы жили в одной квартире в Солт-Лейк-Сити. Она рассказала мне об Оскаре Браунли, о том, к какому грязному способу прибегнул старик, чтобы оторвать Оскара от нее, о том, что она предприняла, чтобы старик не смог украсть ее дочь. Видите ли, у меня была дочь примерно такого же возраста, что и у Джулии, так что я могла понять ее чувства. Только я знала, где моя дочь. Могла ей написать, иногда увидеться с ней.
Джулия даже не знала, жива ли ее дочь… – Лицо Стеллы затуманилось, она отвела глаза. – Моя дочь умерла, уже два года, как умерла. Поэтому я, как никто, понимала, что чувствовала Джулия, не имея возможности ни увидеться, ни получить весточку от своей девочки.
– Значит, Джулия рассказала вам, почему она не могла приехать в Калифорнию? – уточнил адвокат.
– Да.
– Почему?
– Из-за обвинения в непреднамеренном убийстве.
– Хорошо, – кивнул Мейсон. – Тогда перейдем к делу.
Я хочу знать, почему Джулия попросила передать Браунли, что хочет встретиться с ним в портовом районе.
Стелла Кенвуд молча покачала головой.
– Вы не знаете?
– Просто не хочу говорить о делах Джулии.
– Вы знаете, – усилил напор Мейсон, – и по этой причине вы сидите, дожидаясь возвращения Джулии. Вы включили газовый обогреватель до полуночи. Вы не разбирали кровать. Так что выкладывайте правду, и побыстрее. Не можем же мы ждать целый день.
Она не решалась встретиться с ним взглядом и нервно сжимала и разжимала пальцы.
И тут Мейсон услышал быстрые шаги в коридоре. Он отступил влево от двери, встал так, чтобы вошедший в квартиру сразу не увидел его.
Ручка повернулась, дверь открылась, потом закрылась. В квартиру зашла Джулия Браннер, в белом дождевике чуть ли не до лодыжек, в мокрых туфлях, с торчащими из-под шляпы мокрыми прядями волос.
– Господи, Стелла! – По голосу чувствовалось, что она на грани истерики. – У меня жуткие проблемы.
