Конечно, полностью излечить несчастных от последствий паралича нельзя, но облегчить их жизнь можно. В этой клинике добились потрясающих результатов. Вот Ирина Леонидовна поэтому и жила в Гжеве. Утром она отвозила Борю на лечение, вечером забирала домой. Остальное время сидела в запертом доме, стараясь лишний раз не высовывать носа на улицу."
"Каких только небылиц не рассказывали про Вондрачкову местные кумушки. Одни утверждали, что она жена генерала, который ухитрился во время вывода войск из Гжева украсть безумное количество оружия и продать в одну из африканских стран.
Отсюда, мол, у Ирины Леонидовны хороший дом и средства на безбедное существование. Другие с пеной у рта отстаивали другую версию. Нет, Ирина вышла замуж за чеха, поэтому имеет фамилию Вондрачкова, и родила от него дебила. Чех богат, он не захотел растить такого сына, как Боря, развелся с Ириной, купил ей дом и дает денег, чтобы она не качала права.
В общем, много всяких глупостей мололи досужие языки, одно было понятно всем: Ирина Леонидовна нормально обеспечена.
Она не слишком богата, судя по ее скромной одежде, но денег ей на еду и оплату клиники хватает.
Ирина Леонидовна не общалась ни с кем из окружающих, она вежливо здоровалась со всеми, но и только. К ней никто не ходил в гости, изредка в ворота дома вкатывался черный автомобиль с тонированными окнами. Кто сидел внутри, мужчина или женщина, не было видно. Одни предполагали, что Ирину навещает генерал, другие – что чех привез очередную мзду, но правды не знал никто.
Совершенно случайно она открылась Мадлен несколько месяцев назад.
В тот день девушке на редкость не повезло. Обычно она выходит к шесту четыре раза за ночь, постоянно меняя наряды, но вот обувь у нее одна и та же. Мало кто знает, что босоножки стриптизерки, совершенно открытые, на высоком каблуке и толстой платформе, стоят очень и очень дорого. Обувь для девушки, вертящейся вокруг шеста, самое главное дело. С платьем проще: оно должно блестеть, переливаться в свете прожекторов и легко сниматься.
А вот туфли! Их невозможно купить в обычном магазине, приходится обращаться в специализированные точки, а иногда даже шить на заказ. Это очень дорогое удовольствие, поэтому у девушек при обилии сценических нарядов редко имеется больше двух пар обуви.
Вот и Мадлен обзавелась только ярко-красными босоножками. Товарки предупреждали ее:
– Не жадничай, прикупи смену, а то, неровен час, сломаешь каблук и останешься с носом.
Но Мадлен лишь отмахивалась.
