Надменный засранец!
— Мне нужна твоя помощь, — с ходу озвучиваю, зачем подошла. Его идеальная бровь приподнимается в удивлении. — Пожалуйста.
— С чего вдруг я опять должен тебе помогать? — складывает на груди сильные руки.
— Ты же хочешь получить ответ на свой вопрос? Если поможешь, все узнаешь. Только не плачь, если мы вляпаемся в совсем недетские неприятности, — мои губы растягиваются в провокационной улыбке, а тело само копирует и его позу, и даже вздернутую бровь.
Это вызов, ударивший прямо по его самолюбию.
Он его теперь из принципа примет.
— Стерва, — усмехается зеленоглазый любимчик всех местных девчонок. — Я согласен. Рассказывай, чем помочь надо.
Глава 9
Анна
Договариваемся встретиться после второго урока и спокойно пообщаться. Сейчас здесь шумно, народа много вокруг, да и до звонка осталось буквально три минуты."
"Сажусь к Ясе. Она, как всегда, сосредоточенно записывает в тетрадку тему урока, а я ни одной буквы разобрать не могу. Перед глазами так и стоит раскуроченный синтезатор и довольная рожа Вилены.
Надо было все-таки оставить на ее идеальной коже пару сочных царапин. Никогда не дралась, тем более с девочками, но ей врезать хочется.
Поворачиваюсь, смотрю на Макса. Он листает ленту в телефоне, тоже особо не вслушиваясь в слова преподавателя. Чем дольше я на него смотрю, тем больше сомнений у меня вызывает правильность такого решения. А к кому еще обратиться? Не к тому же придурку, который пускал на меня слюни, а весь следующий день ходил с распухшим языком.
Так странно получается, что я вроде со всеми перезнакомилась, но больше всего из парней общалась именно с Авдеевым, парнем, который больше всего меня раздражает!
Максим не смотрит на меня, как на кусок мяса. Ему просто любопытно узнать, за что он попал за решетку. Справедливо ведь. И договориться можно без страха, что потребует от меня чего-то эдакого, что на уме у всех парней нашего возраста. Девушку во мне он не видит. Кто бы мне объяснил, почему я в этом так уверена…
Все! Прочь сомнения! Я не намерена отступать!
После второго урока на большом перерыве народ тянется в столовую, а мы с Максом идем против общего потока в другую сторону.
Он уводит меня в тот самый закуток, где я при нем позорно разревелась. Забирается на подоконник, облокачивается спиной на стекло и ждет объяснений.
Передергиваю плечами, сбрасывая с себя мурашки от его очередного фирменного взгляда и подхожу на пару шагов ближе.
