Этот соф Эсгер не так прост, слишком быстрый и прыткий, и мнение его чужое похоже не волнует вовсе.
— Интересные у вас рассуждения о мужчинах, — проворчал профессор соф Валлари. — Я не думаю, что в нашей компетенции, учитель Сальвовски, вмешиваться в личную жизнь студентов. Они взрослые люди — сами разберутся с кем им спать, с кем дружить и за кого замуж выходить.
— Правильные у меня рассуждения. Ведун — это не некромант. Это вы своей жене полностью потакаете и ужом ради нее вертитесь. С профессором соф Эсгер такой номер не пройдет.
И кто, как не мы, подскажем им в нужный момент как лучше поступить, где поостеречься, а где и вовсе замереть и ничего не делать.
Мне бы сейчас призадуматься обо всем, что сказала мне Сальвовски. Но мой мозг просто отказывался это делать, он хотел только одного — спать. Прикрыв глаза, я снова задремала. На подсознании уловила момент, когда меня подняли и понесли. Потом опустили на что-то мягкое, а под головой оказалась подушка. Счастливо мурлыкнув, я повернулась на бок. Для полного комфорта обхватила подушечку руками и, выдернув из-под головы, прижала к животу.
Какое блаженство. Никто не стонет, не тарабанит в стену, не дергает повар, требуя, нести кружки с элем клиентам. Наконец-то возможность просто сомкнуть глаза и насладиться сладкими снами.
— Спи, ведьмочка моя, — шепнули мне на ушко. — Скоро ты станешь засыпать только в моих объятьях.
— Мечтать не вредно, — хрипло из чистой вредности буркнула я, — мне ведуны не нужны. Вы вредные и себялюбивые зануды.
— Да кто же тебя спросит, рыжик, — услышала я в ответ. — Суждено тебе быть женщиной зануды.
* * *— Малика, — кто-то меня сильно тряс за плечо и голосом Рояны надоедливо жужжал над ухом. — Малика, ты так всю практику проспишь. Вставай уже, в самом деле, сутки дрыхнешь. Мне скучно, ведьма ты бесстыжая. Утро на улице, птички поют. Вставай!
Боги! Какие птички?! Да какое мне дело до того, поют они или молчат. Но вот обдумав еще раз услышанное, я ухватилась за совсем другую часть фразы, а конкретно про то, что уже утро.
Утро!
— Сколько я сплю? — недоверчиво пробурчала я хриплым голосом
— Сутки, — выдохнула Рояна, — как вчера в повозке уснула, так весь день и всю ночь проспала. Совесть у тебя есть, ведьма? Все обживаются, бегают, осматриваются, боевикам глазки строят, личную жизнь налаживают, а я тут сижу над тобой и охраняю твой сон. Где твоя совесть, Малика?"
"Подумав еще немного, я решила, что совести у меня отродясь не было и нечего ею обзаводиться.
