Она рассматривает их с интересом, крутя по очереди на очень короткое время сначала одну ёлочную игрушку, а затем другую, чтобы после детального рассмотрения воскликнуть:
— Они оба одинаково прекрасны! — Даяна треплет мальчишек по голове тоже одновременно, а затем целует их в раскрасневшиеся пухлые щеки. И только после поворачивается к нам, — Это Данил и Кирилл. — И ее голос трепещет от радости.
Сзади шагает мужчина. Он подходит к семейству, чтобы поцеловать в макушку свою, вероятно, жену. Потому что кольцо у него на пальце есть, а у нее отсутствует.
— Не устала? — он заботливо кладет руку на ее поясницу, а она, повернувшись вполоборота, довольно мотает головой, на секунду прижавшись щекой к широкой груди.
— Привет, Сергей, — протягивает руку Макар, — это Арина — моя девушка.
— Очень приятно! — говорю с широкой улыбкой от уха до уха.
— И мне приятно, та самая Арина! — лучезарно отвечает мужчина. Я рассматриваю малышей и гадаю на кого они похожи, — На Даяну, — поймав мой взгляд говорит он, — но девочка уж точно в меня, — это он уже ей.
С особой теплотой и нежностью во взгляде. Такой, которой чужих не одаряют.
— Ох, вторая беременность сложнее, чем первая. Надеюсь, там не тройня, — хихикает она, но как-то не радостно."
"— Да ладно, — ухмыляется Макар, — где трое там и четверо.
— Вот когда сам двоих родишь, потом и будешь рассказывать. А пока молчи, Ветров. — Строго пыхтит она, но смотрит мягко.
— Ладно-ладно! — приподнимает руки тот, — Тебе виднее.
— То-то же. Нет, серьезно, я так отекла, что даже кольцо обручальное снять пришлось,! — приговаривает, демонстрируя пятерню.
— Сложно вообще с двойняшками? — спрашиваю, пропуская проходящего мимо мужчину.
— А ты приезжай, я тебе продемонстрирую, — ухмыляется она.
— Даяна не шутит. Сплавить их на вечерок — это просто счастье, потому что они — две мелких фурии, — хохочет Сергей, уловив как я рассматриваю его сыновей.
— Это просто твои гены, Фураев! — шутливо бьет его в плечо Ветров.
— Мои-мои, — проговаривает тот с явной гордостью.
Мы смеемся, шутливо обсуждаем беременность, пока не звучит характерное «Дзыыынь». Оборачиваемся, словно по команде. Мальчишки уронили бутылку. Две.
— Я заплачу, — просто информирует подоспевшего охранника отец семейства и по его реакции я понимаю, что это не первая для них ситуация. И что они уже давненько к подобному привыкли.
Сергей спешно прощается, уводя малышей с места преступления и наскоро говорит жене, что будет ждать ее у игрушек.
