— Вы завтракать здесь будете, или спуститесь в столовую? — раскладывая на постели мой халат, спросила служанка.
— А лорд Давенпорт уже поел?
— Да, и тер Тернгоф тоже.
Неужели Моня проснулся в такую рань?
— Тер Тернгоф сказал, что собирается наведаться во флигель, — словно услышав мои мысли, пояснила Присси.
Да? А как же я? Выходит, Моня решил разобраться с призраком самостоятельно? Вот уж не ожидала от него такой решительности.
— Только без вас идти не хочет, — добавила служанка, и я усмехнулась.
А ведь было подумала, что Моня действительно осмелел.
— Говорит, буду ждать леди Изабеллу, с ней надежнее."
"Ну, конечно! Тернгоф воспринимал меня едва ли не старшей сестрой, хотя по возрасту был на пару лет старше. Не знаю, как так вышло, но из разряда докучливого попрошайки Моня незаметно перекочевал в категорию этакого домашнего питомца, нуждающегося в любви и заботе. Я сама себе удивлялась, но ничего не могла поделать. Видимо, тело Изабеллы наделило мою душу и некоторыми чертами прежней хозяйки.
Я уже не раз замечала, что стала намного мягче, и там, где раньше полезла бы на рожон, теперь старалась обходить острые углы, и сдерживать свой воинственный темперамент. А может, это жизнь среди аристократов так повлияла?
— Что ж, тогда неси завтрак, не будем заставлять тера Тернгофа ждать, — отложив размышления на потом, велела служанке.
Присси шустро сбегала вниз и вернулась с подносом, я быстро поела и привела себя в порядок, и уже спустя полчаса спускалась по лестнице.
— Леди Изабелла, а я вас жду, — кинувшись мне навстречу, обрадованно воскликнул Моня.
— Знаете, я тут подумал, раз уж леди Бернстоф завещала флигель мне, значит, я обязательно должен разобраться с живущим в нем призраком. Так что я решился поговорить с Призрачной дамой и узнать, чего она хочет. Там сейчас Остер кое-что доделывает по мелочи, призраков он не видит, и помощи от него в этом деле никакой. Но вы же меня не бросите? Пойдете со мной?
В ржавых глазах застыло просительное выражение.
— Куда я денусь? — хмыкнула в ответ и обратилась к внимательно прислушивающемуся к разговору дворецкому.
— Петерсон, подай мое пальто.
— Слушаюсь, миледи, — очнулся тот и бросился в гардеробную, а через пару минут вернулся и помог мне одеться, но я видела, что он чем-то озабочен, и сделала в уме пометку как следует допросить дворецкого. Он явно знал обо всех странностях, что происходили в особняке. И слишком уж упорно это скрывал, прикидываясь недалеким, выжившим из ума стариком.
