На полу чередовались тени — чуть светлее, чуть темнее, совсем темные.
Взгляд, брошенный на часы, заставил поморщиться. Третий час. А сна как не было, так и нет. Еще и холодно. Нет, все-таки особняк нуждается в основательном ремонте, и что бы там ни говорил Давенпорт, как только поймают того, кто собирался меня убить, я обязательно займусь домом. Пора придать этим «графским развалинам» нормальный жилой вид.
Я вздохнула и повернулась на бок. Спина привычно ныла, и мне никак не удавалось найти для нее удобное положение.
Днем за работой я почти забывала о боли, но вот ночью та вгрызалась в позвоночник голодным волком, и не уходила до самого утра. Причем, как и говорила Кейт, с каждым днем она становилась все сильнее.
Я плотнее закуталась в одеяло и закрыла глаза. «Раз, два — вместо двух одна, — зазвучала внутри нелепая считалочка. — Три, четыре — найди себя в этом мире». Я попыталась выкинуть ее из головы, но та и не думала уходить. Она все крутилась и крутилась, как поставленная на повтор песня, и я механически повторяла ее про себя, даже не пытаясь разгадать смысл.
А спустя какое-то время все-таки уснула. И во сне увидела свою спальню и напряженно застывшего у окна волка. На его длинной густой шерсти плясали голубоватые лунные блики, желтые глаза загадочно мерцали, а крупная морда казалась выточенной из куска черного дерева. Я уставилась на зверя, а тот в упор смотрел на меня, и бронза его взгляда плавилась, искрила, завораживала.
Не спуская с меня глаз, волк медленно двинулся к кровати, неслышно вспрыгнул на постель, положил морду мне на грудь и затих.
И в этом странном сне мне стало так тепло и уютно, как будто я снова оказалась дома, в своей любимой квартире, и больше не было ни разочарований, ни больного тела, ни разлуки с Хольмом.
«Я никогда тебя не оставлю», — слышался мне низкий вибрирующий голос.
«Я никуда тебя не отпущу» — шептали мои губы, и я сильнее прижималась к волку. К моему волку. Только моему.
***
Утро оказалось солнечным. Тучи разошлись, обнажив клочки синего неба, веселый желтый свет лился в окна, и старинная обстановка комнаты словно помолодела под его яркими лучами.
— Темного утра, миледи, — поздоровалась вошедшая в комнату Присси.
В последнее время она вела себя чуть увереннее, чем раньше. Да и выглядеть стала лучше. С ее волос исчез нелепый чепец, в глазах появился осмысленный блеск, взгляд повеселел. Похоже, Присси наконец-то поверила в то, что ее хозяйка — не злой дух, а обычная леди.
