— Что вспомнила-то? — буркнул Грег, сунув кисти в карманы пижамных штанов. Потом подумал, что так натягивает ткань, рискуя продемонстрировать нежданной утренней гостье то, что не надо, и вытащил руки обратно, скрестил их на груди.
— Сестры и братья! — К счастью, темная едва не подпрыгивала от нетерпения и ничего не заметила. — Ну, понимаешь?
— Н-нет, — признался он.
— Ну, послушай… — От переизбытка бурлящей в ней энергии, Эль обежала по полу небольшой круг и снова остановилась — на сей раз ближе к Грегори. Вот же… — Мы вчера решили, что родственники могут обладать какими-то общими чертами.
Ну там, свойствами крови, строением органов… — С надеждой заглянула в глаза. — Помнишь?
— Ну? — хмуро бросил Грег, борясь с желанием отступить от нее подальше.
Помимо прочего, в комнате было чудовищно душно и влажно, и запах, должно быть, стоял соответствующий атмосфере. Она что, не чувствует?
Однако Эль будто не только лишилась обоняния, но и заодно обзавелась туннельным зрением, потому что смотрела ему точно в глаза и словно бы не видела больше ничего вокруг.
— Из всех жертв, — с энтузиазмом продолжала Кардинес, — только твой Корлин был в возрасте за сорок.
— Не мой.
— Неважно, — Эль отмахнулась от его замечания, как от назойливой мухи. — Все остальные — молодежь. А я знаю местную семью, у кого полгода назад утонул сын, а в скором времени бесследно пропала дочь. И я подумала: что, если мальчик не сам утонул, а был одной из первых жертв нашего убийцы?
Грегори поморщился.
— Так уж и «нашего»?
Но Кардинес, гонящаяся за полетом собственной мысли, его будто не слышала.
— А что, если в таком случае и девочка не сбежала, как все решили, а тоже была убита, просто тело так и не нашли? А? Что тогда? — Высказавшись, она наконец замолчала, уставившись на него жадным взглядом. Ну прямо как щенок, ищущий поощрения: «Ну похвали меня, похвали, скажи, что я молодец, ну скажи!»
— Тогда… — протянул Грег и сам себя оборвал. Матерное слово, так и просящееся на язык, было точно не для ушей Сардинес.
А она вдруг моргнула, будто только что его увидела или, вернее, разглядела; нахмурилась и отступила.
— Ты не заболел? — Аккуратные темные брови сошлись на переносице. — Выглядишь…
У него дернулся уголок губ. О да, он знал, как выглядит и как наверняка воняет.
Но Кардинес уже отвернулась от него и обвела растерянным взглядом помещение. В общем-то, у Грега всегда был в комнате порядок, но мокрая сейчас, смятая постель явно перетягивала все внимание на себя.
