Несколько раз он встречался с людьми разной степени важности, чтобы разузнать что-то о том, куда он внезапно запропастился, но никто не сообщил толком ничего важного. Нашел даже Захара, авторитета другой группировки, и вот разговор по делу был даже короче, чем остальные.
— Это от твоего человека весточка пришла, что он здесь.
— От моего? Лютый, ты что-то путаешь. Я к тебе никого не посылал, да и зачем мне лезть в ваши разборки? Это не мое дело.
Всё. Больше ничего, абсолютно ничего полезного.
Вернулся Лютый назад на взводе еще больше, чем был, когда уезжал в Москву. Никто ничего не слышал, никто Серова не видел — словно все разом ослепли и оглохли. Внезапно так. И это наводило на мысль чуть ли не о заговоре. А почему нет? Для некоторых он как кость в горле, другим перешел дорогу когда-то и они до сих пор держат обиду. Но если пугают, угрожая дочери, то чего в итоге хотят добиться? Никто в разговоре даже интонацией не намекнул, мол, тебе стоит уйти из бизнеса, мешаешь определенным людям.
Никто. Ничего. Не знал.
Башка кипела от всех этих мыслей. С чего он вообще вдруг взял, что кто-то сговорился за его спиной? Может это просто Серов мутит воду? Еще до гибели Эллы они с неприязнью друг к другу относились, а потом это переросло в откровенную вражду.
— Что тут? — на ходу спрашивает Лютый, когда машина наконец закатывается во двор и останавливается напротив дома.
— Все тихо. У пацанов там тоже, — шагает следом за ним Бритый, — тут только…
Он не успевает договорить. Лютый распахивает дверь в дом и натыкается взглядом на Демида. Внутри сразу поднимается глухое раздражение. Он кивает Бритому, что тот свободен и устало падает в кресло.
— Что ты тут забыл? — мрачно интересуется Лютый.
Ни он, ни Рокотов не протягивают первым ладонь для рукопожатия. Демид остается сидеть в кресле напротив.
— Ты нашел Серова? — без приветствия интересуется он.
— Нет. Переговорил с людьми, оказалось, что Серов пока вообще не в России.
— Прячется?
— Или кто-то специально сказал, что он в Москве, чтобы увести меня отсюда, — хмыкает Лютый, склоняя голову набок.
— Зачем? — обескураженно вскидывает брови Демид, — Какая разница, где ты? Это ведь не мешает им искать Лесю.
— Вот и мне хочется узнать, зачем.
