Боль, от которой я почти отвык за последние дни, снова вдруг решила вернуться и теперь почти закрывала собой мир.
Мать его. Я с трудом втянул носом воздух и принялся считать про себя, как меня учил когда-то Гидеон.
Я предпочитал жить в особняке Мэлори еще и поэтому. Магия особняка, хоть и не принимала меня, но все-таки немного сдерживала заключенную внутри моего тела силу. Так она поступила бы с любым угрожающим чужаком, который рискнул сунуться: попыталась бы усмирить. К тому же терпеть боль каждый день понемногу иногда было легче, чем после нескольких дней передышки получить откат, от которого темнеет перед глазами.
Впрочем, ради Элис я на многое был готов. Ничего, не хрустальный, справлюсь. Не в первый раз. Жаль только, что это все ужасно не вовремя. На секунду все вокруг стало черным, магия внутри взметнулась, как огонь, в который налили масла, воздух вокруг стал тяжелым, как камни.
«Выродок!»
На несколько секунд я как будто потерял сознание из-за ослепляющей волны.
Раньше такого не было. Не так сильно. Гидеон говорил, что со временем мой недуг, назовем это так, будет прогрессировать. Это логично. Сила драконов, как правило, растет с годами, моя вряд ли была исключением.
«Ты понимаешь, что если бы все пламя преисподней собралось вместе — то его бы было в половину меньше, чем доставшейся тебе силы⁈ — прозвучал у меня в голове въедливый голос Гидеона. — Ты и так держишься на одном упрямстве, она тебя сожжет рано или поздно, понимаешь ты или нет⁈ Ты сдохнешь! Если ты не начнешь предпринимать меры.
Что ты сделал, чтобы получить магию рода Мэлори? Ну? Ничего? А еще ученый! Ты хоть попытался?»
Я втянул носом воздух, пережидая очередную ослепляющую волну.
Кажется, Гидеон что-то говорил о том, что «контакт» с истинной мог бы помочь…
Богиня свидетельница, это единственный вариант, при котором я был бы согласен тесно взаимодействовать с магией Мэлори. Но — как там сказала Элис? — она не сердобольная защитница животных, чтобы ради здоровья дракона ложиться с кем-то в постель.
Весьма исчерпывающий отказ.
Я мог бы взять ее силой… или нет? В который раз я подумал, что мой так называемый папаша был бы на седьмом небе от счастья из-за того, как все вышло. Магия рода, которая может спасти меня от боли и ранней трагической кончины (как это потом назовут в газетах), досталась моей истинной, и она проломит мной стену, если я снова попробую ее поцеловать. Какая ирония.
