Нахмурившись, я вспоминала свой разговор с Риком и подслушанный разговор лорда Мэлори и начальника его охраны. Судя по всему, они сейчас хотят допросить Джека, который вместо мадам Розы управляет борделем.
Тот может что-то знать? Увы, память Элис молчала, а сама я видела Джека всего один раз, когда он вместе с мадам Розой привез Элис «на смотрины» к лорду Мэлори. Он не показался мне ни умным, ни хитрым. Очевидно любит закладывать за воротник, очевидно — не упустит своего. Такой мог быть как бестолковым и ничего не знать о делишках Розы, так и держать в рукаве камень.
Надеюсь, лорд Мэлори это понимает.
Или не понимает? В любом случае, стоит это обсудить с ним.
Погрузившись в свои мысли, я не сразу сообразила, что мой карман тихо шепчет:
— Мама! Ма-ма!
Эми!
Дрожащими руками я схватила зеркало — и уставилась на веснушчатую мордашку девочки, которую давно уже считала дочерью и по которой скучала, как по собственной.
— Привет, малышка! — проворковала я. — Почему ты так рано? Мы же собирались поговорить вечером!
— Мама, я кое-что… кое-что сделала! Только не говори бабушке Мире!
Сердце рухнуло в пятки.
Эми была где-то в лесу — явно сбежала от Миры подальше, поговорить. И зеркало стащила! Что произошло?
— Что такое?
— Пообещай, что не будешь ругаться.
Да сейчас же! Знаю я эту уловку!
— Конечно, не буду, — поспешила я соврать. — Что случилось?
— Мы играли, на площади! Там был Бобби Хиллиген, он смеялся над Хью! А Хью — ничего не делал, ты же говорила не использовать огонь — и он не использовал огонь! И Рольф ничего не делал, только бросался в него камнями! Но не в голову!
— Молодец.
К Рольфу, как всегда, вопросов нет.
— А потом Бобби сказал, что ты шлюха…
— Эми, нельзя произносить такое слово!
— Но он так сказал! И Хью полез драться, а Бобби ударил его в глаз, а потом к ним присоединился Альф…
Я слушала волнующие детали детской потасовки, и никак не могла взять в толк, что здесь к чему и почему моя боевая малышка Эми так испугалась.
— Ты расстроилась из-за драки, да? — наугад спросила я.
— Ну…
— Эми, давай честно.
— Понимаешь, я сказала Бобби, что он останется без глаза, а Альфу — что сопьется. Потом пришел староста и нас разогнал, и я сказала старосте, что он — черный, весь целиком! Прости, мам, я не знала, что нельзя!
— Что именно?
— Использовать свой дар! Я случайно, я проболталась, прости! — Эми бросила испуганный взгляд по сторонам и закусила кончик рыжей косички, как делала всегда, когда волновалась.
