Руки тряслись, я до сих пор не могла уложить в голове то, что услышала.
«Тогда, может, объяснишь, откуда у тебя магия моего рода?»
Магия его рода? Магия рода Мэлори? Я ее украла? Но как? Это та самая искорка, которая втекла мне под кожу, когда я дотронулась до кольца? Ну… упс. Защищать вашу магию нужно получше, раз она такая ценная.
«Только магия-то у тебя — драконья, не людская, — вспомнила я слова Миры. — Вот кто тебе ее дал — тот пускай и учит. Мне-то куда до тебя?»
Она и вправду не смогла меня ничему научить.
Показала боевую стойку (большой вопрос — откуда она про нее знала?), объяснила азы, но хоть как-то взять свою силу под контроль я так и не смогла.
Пока не появился лорд Мэлори — и я не врезала по нему зарядом магии. До сих пор не знала, что я на такое способна!
Жалко, правда, что не убила. Это бы все упростило: одни проблемы от него.
— Ты молчаливая, — заметил Рольф.
Он держал в руках три сахарных петушка: для Хью, для Эми и для Миры. Сам он сладкое до сих пор не ел, хоть все остальное сметал со стола в мгновение ока и даже наел щеки, чему я была очень рада.
— Задумалась.
Четвертый сахарный петушок был у меня в руке. Я собиралась отдать за него деньги другу лорда Мэлори, но тот сначала отказался, а потом, когда я сказала, что лорд Мэлори «устал и решил отдохнуть», изменился в лице и рванул к магазину артефактов.
Может, они оба уберутся подальше после случившегося? Еще и стену чинить…
Я думала о чем угодно, кроме того поцелуя. Потому что от мыслей об этом снова чесались руки и хотелось разбить отдельно взятую драконью голову.
— Гидеон сказал, что лорд Мэлори болел, целый месяц, — сказал Рольф. — Из-за того, что его бросила истинная.
Я споткнулась.
— Что?
Рольф бросил на меня странный взгляд и повторил:
— Лорд Мэлори болел. Из-за того, что его бросила истинная.
Болел? А что же Кэти не утешила?
Интересно, «болел» — это красивый эвфемизм для запоя?
Какое мне до этого дело, в конце концов. Я попала в это тело на каких условиях? Спасти детей Элис.
Этим я и занимаюсь.
Ни о каких драконах речи не шло, пускай катится куда подальше.
Все то время, что мы шли через город, а потом через лес, к дому старухи Миры, я кипела от злости.
Мало! Вот все-таки мало я его приложила!
Еще и стену в магазине пробила… Как вот теперь ее отстраивать заново? Сплошные проблемы. Хорошо хоть не надо волноваться о том, что артефакты разворуют: почти все, что было, уже раскупили, а весь дневной доход — вот он, у меня в корзинке.
