То есть как это — пробила тобой стену⁈ Да тебя… тебя же ничто не берет! Седрик! Тебя же даже лечить невозможно, потому что с твоим магическим фоном ни артефакты, ни целители совладать не могут. Воевать — туда же! И заговоры против тебя никто не плетет, потому что ты один раз разозлишься — и отскребай потом интриганов от стен! В смысле — «приложила»? Ты все-таки с ума сошел, я так и знал, что месяц в отключке даром для твоего мозга не прошел! Как был идиотом, так и…
— А еще, — с удовольствием перебил я, — Элис украла запечатанную в кольце магию рода Мэлори, до которой много лет никто не мог даже дотронуться.
— Что⁈
Выражение лица Гидеона было бесценным, а у меня почти перестала кружиться голова. Старая знакомая боль вернулась — но сейчас к ней добавилось еще жжение в отбитых ребрах и спине.
— Рольф где?
— Ушел вместе с Элис, — проборомотал Гидеон и встряхнулся. — Сказал, он сейчас у нее живет в обмен на «услуги» — и в школу возвращаться не намерен. Уж не знаю, что у них там происходит, но не силой же мне его было держать! К тому же, не похоже, что он в беде, — а я ему не опекун и не законник, чтобы что-то запрещать.
И… подожди? То есть… пока, мы с Рольфом болтались в кондитерской…
— Элис пробила мной стену, а потом заколотила дыру, забрала Рольфа и ушла, — подтвердил я.
— Так вот, зачем она искала доски… — пробормотал Гидеон и сунул в рот сахарного петушка.
Она еще и доски ходила искать, пока я был без сознания и отчаянно цеплялся за жизнь.
Очаровательно.
Оглядевшись, я заметил, что мы с Гидеоном привлекли внимание местных, которые, сбившись в кучку, наблюдали за нами с противоположной стороны широкой торговой улицы.
Должно быть, мы с Гидеоном, замершие в узком проеме между двух домов, зрелищем были необычным.
Сосредоточившись, я даже смог услышать разговор зевак.
— Очнулся, — пробормотал мужчина с окладистой бородой. — А я-то думал — все! Убила его ведьма-то! Дракона! Самого дракона! Это ж… герцог наш, а? Или не он? Глаза-то подводят…
— Да какая она ведьма! — шикнула на него стоящая рядом женщина в желтоватом от долгой носки льняном платье.
— Это ж Дурочка Элис! У нее мозгов — с воробьиный хрен! Возомнила себя только важной дамой!.. Здороваться даже перестала — забыла небось уже, как год назад у меня молоко клянчила! А гонору-то, как у королевы! Сдружилась с этой сумасшедшей…
— Тихо! Цыц! — одернула ее соседка пониже ростом.
