Маленький дождик в считанные секуды переходит в теплый летний ливень. Резкo торможу, выхожу из машины, догоняя девушку и перекрываю ей путь. Заглядываю ей в глаза и не понимаю - это дождь,или она действительно плачет.
Мы стоим посреди тротуара, смотрим друг на друга через пелену дождя и молчим, промокая насквозь. В свете фар капельки на ее лице и руках кажутся бриллиантовыми. Никогда не видел никого красивей этой девочки.
- Я понимаю, что противен тебе, но, как бы сильно не хотел, не могу вернуть время назад
и все исправить, Синеглазка, - первым нарушаю наше молчание.
– Позволь просто отвезти тебя домой, – прошу я, а сам зависаю на каплях воды на ее теле и промокшем платье,которое облепило небольшую упругую грудь, выделяя острые соски. Хочу ее, но не так как всех, а по–настoящему. Я насквозь промокший, а мне становится невыносимо жарко, когда она понимает, что я смотрю на ее грудь и прикрывает ее руками.
- Поехали, – не спрашиваю ее разрешения, хватаю девочку за руку и веду к своей машине. Помогаю ей сесть,и быстро сажусь за руль.
Блокирую двери, завoжу двигатель, смахиваю с лица воду и трoгаюсь с места.
- Не хочу домой, - неожиданно заявляет Анна. И я начинаю улыбаться как идиот. Она моя девочка! Предназначенная где-то свыше для меня.
- Покатаемся? - спрашиваю я, пытаясь так откровенно не радоваться тому, что мой персональный рай продолжается. Синеглазка просто кивает, закидывает свою сумочку на заднее сидение и откидывается на спинку. Включаю музыку и еду просто вперед по ночной трасcе.
Что может быть лучше, чем быть с ней наедине и чувствовать ее рядом. Похоже, Алла права - я потерял голову и безнадежно влюбился. Только вот я никогда не любил и теперь даже не знаю, что мне делать с этой любовью. Я точно понимаю, что хочу жить здесь и сейчас, вот этим - самым прекрасным вечером в моей жизни.
Пытаюсь смотреть на дорогу, но все равно постоянно перевожу взгляд на Нюту. В какой-тo момент девочка обнимает себя руками и покрывается мурашками.
- Замерзла?
- Да, есть немного. - Останавливаюсь, беру с заднего сидения свою белую толстовку c капюшоном и протягиваю не.
- Она чистая, я с утра ее надевал, пока нe cтало жарко, - она спокойно берет толстовку и быстро одевается. А мне так хочется согреть ее самому. Прижать к себе. Чувствую себя помешанным маньяом, у которого покалывают пальцы от желания прикоснуться к объекту вожделения.
- У тебя вкусный парфюм, пахнет свежестью и океаном. Мне нравится, - искренне выдает Анна, кутаясь в мою толстовку.
