И ускоренная регенерация запустилась вскоре после этого... А дар начал проявляться после общения с Софи... От моего искреннего желания помочь стал развиваться всё больше, а вот тёмная сторона проявила себя, когда сильно разозлили. Получается, в болезни Доротеи тоже есть моя вина, так же как и сейчас с королём. Нельзя меня заставлять исцелять против воли или выводить на сильные негативные эмоции, иначе проявляется отрицательная сторона дара. Моё появление переломило ситуацию, уравновесило пробуждающийся дар.
Ведь Кристина не видела никакого просвета в своей жизни, жила в постоянном страхе и тревоге, не любила свою дочь и пыталась угодить всем, получая в ответ лишь насмешки и укоры. А я даже в самые мрачные периоды с упорством ледокола шла вперёд, стремясь сделать счастливыми себя и Софи.
– В роду Верберов у женщин в большинстве случаев проявлялся светлый целительский дар, направленный на созидание, а не разрушение, хотя и такие случаи были, но крайне редко. И раз в несколько поколений рождалась именно та, в которой он проявлялся особенно сильно! Если ты до сих пор этого не понял, щенок, то именно Кристина должна была превзойти своих предшественниц! А что в итоге?! Она не только не способна исцелять, но и может лишить здоровья, убить! Даже не умеет управлять собой, ведь стоило мне всего чуть-чуть надавить на неё, как произошло вот ЭТО! – перед носом Ойгена снова появилась высохшая рука.
– Но Вы... Вы приказали, чтобы моя жена родила наследника! Я старался как мог! – пытался оправдаться мой бывший муж.
– Даже женился на более подходящей девушке...
– Именно ЭТА жена должна была тебе родить без разницы КАКОГО наследника! – окончательно сорвался король, а затем сильно закашлялся.
– Но почему Вы меня не предупредили, Ваше Величество, тогда бы я пылинки с Кристины сдувал... – не оставлял попыток свалить всю вину с себя Ойген.
– Да чтобы ты ничего не испортил, идиот! Но верно говорят в народе, что услужливый дурак опаснее врага!
Неожиданно король замолчал, а потом расхохотался, словно безумный.
Опытный шахматист переиграл самого себя. И он это понял. Видимо, так боялся, как моим даром начнёт пользоваться Ойген, что решил утаить от него истинную причину организованного брака с наследницей Верберов. Потому Вангеру и не дали возможности претендовать на опеку. Не в пьянстве и распутстве Эгона было дело, а в том самом старом законе и дарованной некогда предкам привилегии.
