Шелестов тоже прикурил сигарету, открыл форточку небольшого окна и сказал:
— Что ж, все необходимые данные для проведения акции у нас есть. Теперь следует оценить обстановку и принять решение.
— Это ваша работа, товарищи. — Генкель поднялся. — Я с вашего позволения оставлю вас. Встретимся мы теперь во вторник в резиденции Кубе. Больше контактов не будет. — Он взглянул на Сосновского, ехидно усмехнулся и добавил: — Вы больше не увидитесь с несравненной фрау Келлер.
— Большой привет ей от меня.
— Передам. Удачи вам! — сказал штандартенфюрер и вышел из каморки.
Сосновский взглянул на Шелестова.
— Что скажешь, командир?
— Для тебя, Миша, одно. Ты должен сегодня же прогуляться до адреса, названного Генкелем, и встретиться с Авдеевым. Переместить к себе оружие следует завтра, в воскресенье. В понедельник группа должна перебраться в твою хату. Мы там разместимся?
— У меня, конечно, не как у Буревича, но разместимся.
— Добро. Там же обсудим план действий."
"— Вопрос, Максим.
— Задавай.
— Авдеева привлечем к акции?
— Подумаем.
Когда встретишься с ним, обговори возможность размещения его группы ближе к центру.
— Понял, обговорю. Да ты и сам сможешь с ним пообщаться.
— Сперва ты, потом и я. Все. Теперь давай к себе, гауптман. Ночью пройди коллектор, посмотри подъем в резиденцию, крышку люка. Вдруг ее рвать придется?
— Сделаю. Я, вообще-то, осмотрел коллектор, но у своего дома.
— Он проходимый?
— Вполне. Но там такая вонища!
— А что ты хотел? Отмоемся. Все, давай. Я посмотрю, как ты уйдешь, и поднимусь к нашим.
Сразу начнем конкретную работу. Прежде всего прикинем, как перейти к тебе.
— Удачи вам!
В 16.40 Сосновский прошел развалины целого квартала. Здесь пленные не занимались расчисткой, и вид был угнетающим.
Он подошел вплотную к дому, где был заложен тайник с оружием, и вдруг услышал сзади знакомый голос:
— Заблудился, приятель? Ты не дергайся, поаккуратней с пистолетом!
Перед капитаном стоял Авдеев в штатской одежде.
— Черт, Саша! Как же неслышно ты подошел.
— Научен.
Я ждал тебя, но не сегодня.
— А я вот решил пройтись по городу, дома невмоготу сидеть, а пялиться на рожи фрицев в кафе — еще хуже.
— Ну, раз пришел, то давай займемся делом.
— Где твоя берлога?
Авдеев улыбнулся.
— Берлога у нас такая, что лучше не придумаешь. Она рядом, идем. Только давай-ка посмотрим, не притащил ли ты за собой хвост.
— Я проверялся.
— Ладно, идем.
Они прошагали к соседнему полуразрушенному дому, зашли в средний подъезд и спустились в подвал.
