И если там сделают то, что он им скажет, она не сможет уставиться на него этими безумными, безжизненными глазами, заставляя выполнять предсмертное желание.
У этой женщины родилась неплохая идея. Магдалина, конечно, обрадуется, когда его жена уедет из дворца. Она сможет на приемах играть роль курфюрстины, о чем так страстно мечтает, и готовиться к тому чтобы после ухода нынешней курфюрстины в мир иной принять этот титул.
Поехать в Преч умирать… Совсем неплохая идея.
Иоганн Георг дал жене разрешение уехать, и на следующий день, к облегчению Каролины, она вместе с матерью и несколькими придворными переехала в Довер-хаус.
* * *Смерть, будто злобный обманщик, угрожала там, где ее меньше всего ждали.
Новость о приближающейся кончине Элеоноры не вызвала бы удивления, однако курфюрстина, слабая и больная, еще продолжала цепляться за жизнь в Прече. А трагедия разразилась в дрезденском дворце.
Магдалина фон Рёхлиц не выходила из своих апартаментов, ее давно уже никто не видел. По дворцу и по всему Дрездену поползли слухи, что она заболела оспой.
– Это Божий ответ на ее нечестивость, – перешептывались придворные. – Она собиралась отнять жизнь у другой женщины, а сейчас в опасности ее собственная. Она собиралась надеть туалет курфюрстины, а вместо этого скорее всего ее обрядят в саван.
И даже если она останется в живых, будет ли курфюрст также страстно привязан к ней, когда она появится после болезни испещренная пятнами оспы?
Мадам фон Рёхлиц была в отчаянии. Дочь для нее – средоточие надежд.
Мадам строила планы, мечтала, и ее заветные мечты чуть было не осуществились… Мать Магдалины не сомневалась, что даже если Иоганну Георгу не удастся провести закон о многоженстве, то попытки отравить Элеонору рано или поздно увенчаются успехом. И вот теперь все могло рухнуть.
Каролина тоже услышала разговоры о болезни графини фон Рёхлиц, которые дошли и до Довер-хауса в Прече, и задумалась: неужели это ответ на ее мольбы? Она молилась, чтобы произошло чудо, чтобы они спаслись.
Может, Господь и вправду услышал ее молитвы?
Жизнь казалась девочке непостижимой. Всего несколько дней назад ее мать буквально стояла на пороге могилы, а Магдалина фон Рёхлиц торжествовала. Но один небольшой удар судьбы – и они поменялись местами.
Каждого будто подхватило и подняло на невыносимую высоту тревожного ожидания.
В Довер-хаусе Элеонора больше не думала о неотвратимой смерти. А в Дрездене мадам фон Рёхлиц боролась в своих апартаментах со злой судьбой.
