Денег едва хватало, поэтому решила подрабатывать еще и ночью в пабе напротив моего дома.
– Плешивый сморчок! – рычала я, направляясь к пешеходному переходу. – Свою задницу подставляй клиентам, если так хочется! А мою не трогай!
Дождавшись зеленого человечка на светофоре, я ступила на проезжую часть. Меня разрывали эмоции. Творящаяся несправедливость сводила с ума.
Перешла дорогу и неспешно направилась по тротуару, не обращая внимания на пролетающие мимо автомобили.
Я размышляла о том, как быть дальше. Мне вновь грозила нехватка денег, а просить взаймы у друзей, которых было раз два и обчелся, не хотелось.
Так я и шла, но вдруг кто-то позади громко завизжал. Начала было оборачиваться, но не успела, чувствуя, как в мое тело врезается что-то тяжелое и сносит с ног, причиняя безумную боль. Захлебываясь немым криком и вкусом крови, я пролетела вперед, падая соманной куклой на асфальт.
– Скорую! – голосил кто-то на все лады.
– Срочно! Звоните в скорую! – кричали другие люди.
Сначала была адская боль, жжение в груди и кровь во рту, но потом тело начало неметь, а глаза закатываться.
Возле меня бегали, что-то встревоженно говорили, но я уже не разбирала их слов, выдыхая в последний раз…
***
– Госпожа…
Надо мной слезно плакали, причем тихо, будто боясь, что его услышат. – Очнитесь, госпожа. Я прошу вас.
И вновь едва слышный всхлип, а потом на мою щеку упала теплая капля, отчего ресницы распахнулись, наблюдая зареванное лицо молодой девушки…
– Госпожа! – прикусила она губу, шмыгнув носом.
– Боги… вы живы! Я… Я так рада этому!
3. Рассказывай все! И как можно скорее!
Александра
– Какая еще госпожа? – прохрипела я, вновь слыша всхлип девушки. – О чем ты вообще? – поморщилась, прикладывая пальцы к виску, который жутко болел. – Что за…
Я наблюдала на себе странного фасона рукав, а затем и все платье целиком, которого у меня никогда не было.
Под шмыганья носом зареванной брюнетки в форме старомодной горчичной я приподнялась на локтях, озираясь по сторонам. От увиденного мое сердцебиение участилось.
«Какого…» – прошептала мысленно, настороженно хмурясь.
Плохо освещенная комната, обставленная старинной мебелью, была мне незнакома. Темная, я бы даже сказала мрачная, в ней не чувствовалось ничего, кроме печали.
Внимание привлек больших размеров сундук с плоской резьбой, затем полосатые обои, вызывающие недоумение… Мой взгляд бежал по комнате, подмечая кровать с балдахином, аккуратный камин, на котором виднелись непонятные статуэтки.
