Судорожно вздохнув, юная графиня тихо всхлипнула, сходя с ума от подступающей паники и ужаса, пожирающего ее изнутри.
– А это, как я понимаю, моя благоверная, – мужчина приосанился, вульгарно вскидывая бровь. – Ну ничего так, сойдет. Иди сюда, – поманил он Ролану, словно собачонку. – Знакомиться будем, – из его горла вырвался хрюкающий смех."
"По телу юной графини расползались мурашки омерзения и брезгливости. Не отрывая глаз, под учащенное дыхание девушка оставалась на месте.
– А ты говорила, что она послушная, – разочарованно хмыкнул Бельмон обращаясь к тетке.
– Так и есть, – кивнула женщина, недовольно цокая, – просто ей нужно немного помочь.
Оленсия решительно направилась к Ролане, – с каждым шагом ее лицо становилось все злобнее. – Тебя зовет твой жених! – рыкнул она, хватая за руку и намерено вонзая ногти в кожу. – Подошла!
Но юная графиня не могла. Не могла сдвинуться с места. Ее ноги будто прилипли к полу, а бедное, измученное сердце обливалось кровавыми слезами.
«Папочка… ты покинул меня.
Кто же теперь заступится, кто пожалеет…»
– Безмозглая девка! – заревела родственница, у всех на глазах залепляя звонкую пощечину, от которой кожу обожгло, а Ролану повело в сторону.
Судя по всему, дочь тетки развеселило увиденное, так как она громко рассмеялась, хлопая в ладоши.
– М-да, – вздохнул жених, качая головой, пока Ролана прижимала ладонь к месту удара, – что же ты такая бестолковая-то? Видимо, придется пользоваться только методом кнута, раз по-другому ты не понимаешь.
Юная графиня не выдержала. Из ее глаз сбежали две слезинки, а губы задрожали.
– Иди к себе и умойся, мерзавка! – рыкнула родственница, гневно скалясь.
Ролана была рада и этой небольшой передышке, срываясь с места и, спотыкаясь на лестнице, устремляясь к себе в комнату.
Слезы текли ручьем, но из ее рта не вырвалось ни единого звука.
Вбежав к себе в комнату, девушка прижалась к стене, сползая по ней. Перед глазами все плыло, а в ушах нестерпимо шумело. Голова шла кругом, ей было так плохо.
– Госпожа, – послышалось робкое за дверью. – Госпожа, позволите войти?
Инесса. Она единственная, с кем Ролана в последнее время могла поговорить, не слыша в ответ потока гнусной брани и унижений. Ей тоже немало приходилось терпеть, но Несс не оставляла бедняжку, потому что ей было жалко юную графиню.
– Тебе попадет, уходи, – прошептала графиня, зная, что родственница оттаскает служанку за волосы, если она кинется утешать. Такое уже было и не раз.
